– Никогда больше замкам не поверю… Пошли!
Помещения театра оказались захламленными и грязноватыми. Даже в Стране Чудес была своя изнанка. Мы вышли в узкий коридор, по которому сновали актеры и рабочие. Слышались какие-то невразумительные шутки, смешные лишь их авторам, реплики, непонятные из-за жаргона актерского сословия. У Владетеля, оказывается, «брови текут», а «лорд-клеветник переиграл на балконе». На нас и внимания не обращали, то ли все были заняты идущим спектаклем, то ли привыкли к неожиданным посетителям.
– Что вам нужно? – еще с театральным пафосом возмутился «лорд». – Позвольте узнать ваше имя…
Вблизи на актера было смотреть смешно и в чем-то даже неприятно. Яркий театральный грим делал его лицо похожим на грубо размалеванную маску. Из-под пудры и румян блестели капельки пота.
– Не на сцене, не командуй, – отрезал я. – Где мальчишка, игравший в пьесе младшего принца? Быстро!
Секунду актер смотрел на меня, будто размышляя, стоит ли подчиняться. Потом вдруг улыбнулся:
– А… Прошу вас, уважаемые господа, прошу…
Вслед за ним мы подошли к одной из дверей. Насмешливо раскланиваясь, комедиант распахнул дверь.
"Маленькая комната, несколько дешевых зеркал на стенах. Окон нет. Очень душно. Полуголая девица подкрашивает лицо, двое мужчин пьют вино, скинув свои фальшивые драгоценности и пышные одеяния. Перед одним из зеркал торопливо переодевается мальчишка, меняя костюм принца на арестантскую робу.
Я шагнул вперед, Хелен за мной. Комедиант остался в дверях.
– Не пытайся бежать, Маркус! – рявкнул я.
Комедиант в дверях зашелся от хохота. Актеры, не выпуская бокалы, принялись смеяться.
– Опять тебя арестовывать пришли, принц! – давясь от хохота, сказал наш провожатый.
Мальчишка медленно обернулся.
Стыд какой… Это был не Маркус. Одного с ним возраста паренек, и фигура похожая, и лицо – но только издали.
– А можно половину награды за себя получить? – хрипло спросил юный актер.
Во взгляде, который бросила на меня Хелен, было куда больше, чем можно выразить словами.