Может, с острова? Или с берега, тут три площадки есть поблизости…
Планёр кружил в небе, высоко-высоко, белая большекрылая точка. Теперь, всмотревшись, и я понял, что для птицы он слишком велик.
– Преследование?
– Не знаю. Был он в небе, когда мы к лесу шли?
– Я не смотрел.
– И я тоже… дура…
Неведомый летун вроде бы и не собирался снижаться. Шел в небе огромными кругами… как коршун, высматривающий добычу.
Сравнение мне не понравилось.
– Хорошо идет, – с завистью и восхищением произнесла Хелен. – Не знаю… слишком высоко, чтобы стиль понять.
– Может, обратно в лес? – предложил я.
– Заплутаем. Идем дальше, как шли. С такой высоты лиц не разобрать…
Мы продолжили путь, но вскоре Хелен добавила:
– Впрочем, лица разглядывать вовсе не обязательно. Любая группа из четырех человек привлечет его внимание. Я бы именно так искала!
Но впереди уже показалось село, за которым тянулась накатанная дорога. А планёр продолжал кружить. И мы только ускорили шаг.
Эпилог первой книги,
в котором мы встречаем врага, но обретаем друга
Село было маленькое, и по дневному времени – совсем пустое.
Пока наш новый облик подозрений не вызывал. Даже унылое лицо Марка, который был вынужден идти, держа за руку «компаньонку», общего впечатления не портило, наоборот. Когда он пару раз безуспешно попытался вырвать руку, я только удовлетворенно усмехнулся.
Неизвестный планёр по-прежнему кружил в небе, и мы уже как-то свыклись с его присутствием. Скорее всего он и впрямь был тут из-за нас. Но вряд ли с такой выси летун способен был нас разглядеть.
Дорога проходила мимо села, и никакой остановки не было. Но я безошибочно повел всех к маленькой группе деревьев у обочины. Наверняка тут все и встают, чтобы остановить дилижанс. В тени, и рядом ручей.
– Куда поедем? В Сорренто не стоит… – размышляла вслух летунья.
Я кивнул. От Сорренто как раз паром на Миракулюс и ходит. Будь я один или вдвоем с Хелен – был бы смысл там спрятаться, под носом у преследователей. Но с Марком, с Луизой, которую там наверняка все монахи знают…
– Значит, в другую сторону. В Рим.
– Все дороги ведут в Рим. – Сказав эту банальность, Луиза просияла. Я с тоской понял, почему ей не удалось ничего добиться в миру, а вот в лоне Церкви она пришлась к месту.