А ты вон какой большой и сильный, — произнесла, глядя на такого вдруг ставшего взрослого сынишку.
— Не буду, — настороженно прошептал Эирик, замерший с малышом на руках, он практически не дышал и с любопытством разглядывал крохотные пальчики брата.
Меняя пелёнки маленькому крохе, который за свои полгодика уже стал таким внимательным и серьёзным, я вспоминала его рождение, смеясь над своими страхами и опасениями.
— Завтра отплываем, — произнёс Хальгорд, прерывая мои воспоминания, — нас давно ждут в Бритте. — Хм.
— Чайные сервизы, столовые приборы, стеклянные бокалы, всё переложили соломой? — тихо спросила, беря сынишку на руки судя по сморщенному носику и нахмуренным бровям, скоро маленький защитник начнёт кричать.
— Всё сложили, — заверил меня Хальгорд.
— Будьте осторожны.
— Ты знаешь, Бритта недалеко, мы вскоре вернёмся.
— И всё же, — настояла, пристально взглянув на мужа, — не стоит попусту рисковать.
— Хорошо, — улыбнулся конунг, но я уверена, что, если на пути встретится торговый корабль, Хальгорд его не пропустит. И бороться с этим я не в силах, видимо, это в крови у местных мужчин.
— Я с папой пойду, — заявил маленький правитель, сползая с нашей кровати, на которой, до этого внимательно следил за братишкой, — он говорил, когда мне будет пять лет, папа возьмёт меня с собой в поход.
— Но тебе ещё нет пяти, — возразила сыну, погрозив из-под покрывальца кулаком мужу, — ещё целых два месяца до твоего дня рождения."
"— Мама, — укоризненно взглянув на меня, Эирик прошёл к отцу и взяв его за руку, показал всем своим видом, что отступать не намерен.
— Эви… он мужчина и ему пора учиться ходить в походы, — тихо, но твёрдо произнёс конунг, — мы не будем рисковать, обменяем товар на золото, ткани, бумагу и вернёмся.
— Хорошо, — с трудом выдавила из себя согласие, понимая, что и здесь я ничего не смогу изменить. Сын Свейна уже год ходит с ними, а он младше Эирика на три месяца.
— Мы будем осторожны, — пообещал сынишка с очень суровым личиком, — и добудем тебе много золота.