Было очевидно, что молодой господин Наньгун сдерживается из последних сил.
Он стиснул кулаки так, что побелели костяшки пальцев. Кадык судорожно перекатывался в унисон с огромными волнами, что захлестнули его разум. Было видно, что Наньгун Сы бросил все силы на то, чтобы эта буря не вырвалась наружу. Его скулы заострились, на висках вздулись вены, а тело трясло так, словно вся кровь в его венах вскипела, и сердце в любую секунду взорвется от распирающего его гнева.
Он сдерживался сколько мог, но в конце концов не выдержал и, яростно выругавшись, выхватил меч и разрубил на две части низкий столик[160.
"— Сун Цютун, ты ведь знаешь… знаешь, что я больше всего ненавижу и презираю, то, с чем никогда не смирюсь, — это ложь! — после этого громкого признания, он вдруг крикнул, — Е Ванси!
— …Молодой хозяин.
— Е Ванси, подойди ко мне!
— …
Наньгун Сы стремительно обернулся и посмотрел прямо на него покрасневшими влажными глазами:
— Иди сюда!
Е Ванси послушно подошел.
Задыхающийся от гнева Наньгун Сы в повисшей тишине уставился на Е Ванси и после долгого напряженного молчания приказал:
— Ты.
— Техника изменения голоса? — сбитые с толку люди начали изумленно переглядываться. — Какое отношение к этому делу имеет техника изменения голоса?
— Эй, в конце концов, что не так с голосом Е Ванси, раз для его изменения он использует магию? Неужели его настоящий голос так ужасен, что может напугать людей? А может за этим скрывается какая-то постыдная тайна?
Е Ванси однако просто опустил глаза и тихо сказал:
— Молодой хозяин, это невозможно.
Наньгун Сы окаменел и в еще большем изумлении уставился на него:
— Скажи, почему?
— С тринадцати лет изо дня в день на протяжении десяти лет я использовал магию для изменения моего голоса, поэтому эта техника слишком глубоко укоренилась в моем духовном ядре, — Е Ванси ненадолго замолчал, а потом спокойно закончил, — мой настоящий голос невозможно восстановить.
— … — пораженный Наньгун Сы отступил на шаг.