Повернув голову, он посмотрел на него снизу вверх и произнес свою коронную первую фразу, — старейшина Юйхэн?
Прежде, чем Чу Ваньнин смог ответить, широко открыв глаза он произнес вторую фразу:
— А почему вы не укрылись под зонтом?
Перед тем, как он успел что-то сказать, Мо Жань вскочил на ноги и, поднявшись на цыпочки, поднял зонт повыше, припечатав его третьей фразой:
— Я отдам вам свой.
Но, в конце концов, он был слишком мал ростом, да еще и стоял на ступеньку ниже, поэтому, несмотря на все старания, ему с трудом удалось прикрыть зонтом макушку Чу Ваньнина.
Опять не дав Чу Ваньнину и слова сказать, Мо Жань начал извиняться:
— Я виноват! Простите!
Чу Ваньнин: — ...
Когда Мо Жань произнес первую фразу, он хотел сказать: «Да».
Когда Мо Жань произнес вторую фразу, он хотел сказать: «Без надобности».
Когда Мо Жань произнес третью фразу, он хотел сказать: «Оставь себе».
Но когда в четвертой фразе Мо Жань принялся сбивчиво извиняться, Чу Ваньнин даже дар речи потерял. Он стоял, низко опустив голову, и по его лицу было не понять, раздражен он или ему просто все равно. В конце концов Чу Ваньнин со вздохом забрал у Мо Жаня доставлявший им обоим столько хлопот зонт.
Взглянув на юношу из-под полуопущенных век, он задумался на мгновение, а затем вернулся к исходному вопросу:
— Что ты делаешь?
— Спасаю дождевых червей.
Чу Ваньнин подумал, что неправильно расслышал, и, нахмурившись, переспросил:
— Что?"
"Мо Жань широко улыбнулся, отчего милые ямочки на щеках стали еще глубже, смущенно почесал затылок и снова присел на корточки:
— Спасаю… спасаю этого дождевого червя.
Чу Ваньнин опустил глаза, и его взгляд тут же упал на руку Мо Жаня, сжимающую мокрую ветку, которую тот, должно быть, только что поднял с земли.
— Когда дождь закончится, выбравшиеся на каменную дорожку черви высохнут и погибнут, — немного смущенно пояснил Мо Жань, — поэтому я хочу вернуть их всех на траву.
Все так же сухо Чу Ваньнин спросил:
— При помощи ветки?
— ...Ну да.