Вернувшись с ней на квартиру, Тимур знал — ему надо ее оттрахать. Оттрахать жестко. Так, как он любил. Разложить на диване, поставить на колени на ковре, перегнуть через кресло. А лучше всего — приказать сесть в это долбанное кресло и закинуть ноги на подлокотники. Чтобы оказаться полностью раскрытой. Для него. Только для него! Чтобы видеть, как глаза наполняются тихой страстью, которая потом распустится, расцветет. Лера не горела желанием быть с ним, не терлась об него, как кошка, намекая, что хочет секса, не предлагала первой интим.
Он слишком хорошо понимал и ценил ее исполнительность, черт возьми!
До поры, до времени.
Никогда не предполагал, что однажды признает, что покорность может разозлить! Даже не покорность, а полное подавление собственных эмоций. Не может молодая девушка постоянно думать о контракте и сдерживать себя!
Или может?
Тимур в тот день не тронул Леру. Как не тронул он ее в самолете и по прибытию в Москву. Более того, домой не поехал, а направился в клуб, где заказал девочку для приватного танца.
Танцовщица была профессионалкой. Четко знала, что делать и для чего делать. Явно настраивалась на продолжение и дополнительное вознаграждение. Она умело предлагала себя, и в ее действиях Тимур не увидел ни пошлости, ни навязчивости. Лишь работа. И он, чувствуя нарастающее желание, даже подумывал согласиться. Пока танцовщица присаживалась перед ним на корточки и разводила колени в сторону, практически демонстрируя через плотное кружево то, что готова предложить, он представил, что сделает с ней.
Выпив крепкого кофе, он уже собирался поехать в фитнес-центр, куда не заглядывал последние недели, но в этот момент раздался звонок от Дианы.
— Тимур, Лера была у Орешко. Мне только что звонила Ангелина Геннадьевна, — Тимур слишком хорошо знал Диану.
— Что случилось?
— Ничего страшного. Вернее… — Диана перевела дыхание. — Лера беременна. Двойней.
Новость ошарашила. Да что там, ошарашила! Выбила почву из-под ног, правильнее так было сказать.
Тимур нажал на «отбой» и долго смотрел на телефон с потухшим экраном.
Двойня.
Мало того, что его начала беспокоить сама Лера.