Последняя фраза уж очень не вязалась со словами соболезнования, с которых он начал.
– В каком смысле? – спросил Максим хмуро.
– Четырехлетнему ребенку не по силам убить взрослую женщину. Ну вот никак, при всем желании. Эти самые руки, которыми вы передо мной только что трясли, тогда еще для этого недостаточно выросли.
– Я же вам только что объяснил, как было дело, – воскликнул Максим. – Вы что не слушали?
– Я очень внимательно вас слушал, – ответил Владлен Осипович. – Но все, что я услышал, это то, что маленький ребенок поделился радостью с папой.
– Так с этого же все и началось, – Максим снова возбужденно взмахнул руками. – Именно с моих слов…
– С чего вы это взяли? – пожал плечами Владлен Осипович, поудобнее устроился в кресле и продолжил: – Все началось не с этого, а с желания вашей матери уйти от мужа. А кто ее до этого довел? Думаю, что не вы. Поймите одну простую вещь, вы не третировали вашу мать, вы не наносили ей никаких травм, не засовывали ее в полиэтиленовый мешок, не прятали во дворе.
– Но я ее предал, – усмехнулся Максим горько. – Она просила не говорить отцу о путешествии, а я сказал…
– Давайте разберемся в причинно-следственных связях, – Владлен Осипович поднял указательный палец. – Насколько я понял, ваш отец годами третировал мать. Она достигла точки невозврата, спланировала побег, но не рассчитала со временем. По вашим же словам, отец вернулся на день раньше положенного.
Брови Максима взлетели.
– Ну это же бред…
– Согласен, бред, – кивнул Владлен Осипович с улыбкой. – Давайте пойдем дальше. Ваш отец водил в то время машину?"
"– Водил, – кивнул Максим, совершенно не понимая, к чему клонит доктор.
– Ну вот, видите? – обрадовался доктор. – Есть еще кого обвинить. Если бы у вашего отца по дороге в родной город сломалась машина, он бы не смог добраться домой раньше срока, и вашей матери хватило бы времени на исполнение задуманного. По сему, получается, виноват кто? Производители машины, конечно же.