С первого дня. Она справедливо считает себя хозяйкой в этом доме, а мы с мамой и бабушкой так… приживалки. Уверена, что Галя думает, будто мы ненадолго в этом доме задержимся. Я бы тоже хотела так считать, но мать потратила почти все наши сбережения с продажи квартиры в городе. Вложилась по полной. Закупила много скотины, приобрела грузовой автомобиль. Если и возвращаться в город, то в никуда.
Я вздрагиваю, когда слышу грозный голос отчима. Присутствующие на кухне удивленно переглядываются. Вообще-то Роман такой и есть.
Доев бутерброд, я мою руки и, пожелав присутствующим доброй ночи, направляюсь к себе в комнату.
Стараюсь максимально быстро пройти мимо кабинета отчима. Стараюсь заткнуть уши, чтобы не слышать ни слова. Но когда из уст Романа Геннадьевича вылетает моё имя, я замираю на месте и не могу сделать ни шага.
Разговор идёт обо мне.
Голос Жарова спокойный и глубокий. Уверенный и обволакивающий. Можно заслушаться.
Сердце ускоренно бьётся, когда я непроизвольно становлюсь свидетельницей чужого разговора. Кажется, что дверь в кабинет вот-вот откроется и меня поймают с поличным. Я ведь и правда не люблю подслушивать!
Голоса стихают, дальнейшие слова не разобрать. Сделав огромное усилие, я заставляю себя уйти.
Переодевшись в ночную сорочку, гашу свет и забираюсь под одеяло.
Пытаюсь уснуть, но, едва закрываю глаза, вижу образ Ярослава! Я так старательно хотела его забыть! Раньше у меня получалось! Учёба, спорт. Я совсем не мечтала о Жарове. Сколько мы не виделись? Год? Полтора?
Чёрт, Соня! Ну кого ты обманываешь? Ты прекрасно помнишь день, когда произошла последняя встреча. До мельчайших деталей!
Это было моё восемнадцатилетие.
Я безумно растрогалась. Сидела весь вечер и не сводила глаз с Жарова. Он пил алкоголь и беседовал с моим братом.