Возможно, потому что осталась без ужина, ведь когда я не поем, то становлюсь жутко рассеянной и раздраженной.
В двенадцатом часу мой желудок настойчиво урчит, и, хотя я делаю максимум усилий, чтобы игнорировать голод, есть вещи, которые мне неподвластны.
Отложив книгу, я встаю с постели. Один бутерброд. Один-единственный и всё.
Бесшумно открыв дверь, выхожу в коридор и едва не подпрыгиваю от неожиданно-громких голосов, которые доносятся из кабинета отчима. Конечно же, «кабинет» звучит слишком пафосно как для места, где просто дрыхнут на диване в послеобеденное время, но в этом доме крошечную угловую коморку величают именно так.
К собственному разочарованию, на кухне я оказываюсь не одна. Здесь мать, Галя и бабуля. Они сидят за столом и неторопливо попивают чай.
— Рассказывай! — требует Галя, глядя на меня.
— Ты о чём?
Смеряю её недовольным взглядом и подхожу к холодильнику.
— Ой, не делай вид, что не подслушивала, о чем разговаривает Ярослав с отцом.
— Не имею такой привычки. Мне всё равно.
Сводная сестра фыркает и делает глоток чая.
Не могла как все нормальные люди поужинать?
Нет, не могла.
— Анна Сергеевна, а расскажите мне что-нибудь про этого вашего Жарова, — просит Галя у матери, откинувшись на спинку стула. — Кто такой? Чем занимается?
— Он лучший друг моего Влада. Хороший парень. Пока мальчишки учились в одном классе, то Яр у нас дома сутками зависал.
— Угу.
Я сажусь за стол и приступаю к трапезе, пытаясь утолить чёртов голод.
— Потом Влад в военное училище поступил, а Ярослав в юридический вуз. Немного меньше общаться стали, но всё равно крепко дружили.
— Он женат?
— Сонь, — обращается ко мне мама. — Ярослав вроде не женился ещё, да?
— А мне откуда знать? — равнодушно пожимаю плечами.
Бабушка тихо посмеивается. Едва слышно, так что только я замечаю. Наверное, она единственная, кто всегда видел, как сильно я была влюблена в Жарова.
— Я тоже не в курсе, Галь, — отвечает мама. — Но обручального кольца на безымянном пальце я не заметила.
— Я тоже, — хихикает сестра."
"Мы с Галей одногодки, но почему-то сразу же не поладили.