К тому же, помимо местных конкурентов, есть и враги, что тянутся из иного мира. Монахи-гомункулы. Эти твари всё ещё удерживают три своих Обители. Восточная Обитель оказалась слабее остальных. Самый сок впереди.
Надо бы поскорее вернуть родственников Лакомки и закрыть этот гештальт.
Ещё немного побултыхавшись, я решаю, что пора выбираться. Быстро выхожу, споласкиваюсь и переодеваюсь. Не забываю и про Ломтика: вытираю его досуха, чтобы малой не простудился. Щенок не в восторге от этой процедуры, но терпит, философски вздыхая.
Настроение хорошее, хочется на свежий воздух. Во дворе мороз бодрит и пробуждает, лучше любого кофе.
По пути встречаю тигрицу, которая вальяжно прогуливается вдоль стены с таким видом, будто этот замок принадлежит ей, а не мне. С лёгкой усмешкой приветствую:
— Сударыня, вы всё ещё решили остаться у нас?
Тигрица лениво машет хвостом, явно показывая, что своим присутствием оказывает мне одолжение.
— Да сколько угодно, оставайтесь, — добавляю я с улыбкой.
В ответ она ещё раз грациозно взмахивает хвостом и уходит в свою сторону, гордая и невозмутимая, словно хозяйка положения.
Кстати, Настя прозвала её Красивой. Необычненькое имя для тигрицы с костяным ожерельем, но, если задуматься, вполне подходящее. Углубляться в эти детали я все равно не собираюсь. Если ей хочется играть в свои кошачьи игры — пусть играет. Главное, чтобы без сюрпризов.
Дойдя до двора, я замечаю у ледяной пещеры, которую создал Ледзор, одного из своих новых «подопечных» — того самого пингвина, которого мы решили придержать, в то время как его собратьев отправили в Мишколенд.
Но, что интересно, он уже подружился с големчиком — тем самым, который ходит на четвереньках, подражая Псу. Вместе они составляют настолько нелепую пару, что я задерживаюсь, наблюдая за этим цирком.
И вот, в какой-то момент пингвин резко замечает что-то. Он с максимальной скоростью бросается вперёд, но не успевает затормозить и с грохотом врезается лбом в стену. Падает на задницу, замирает на мгновение, а затем начинает крутить головой, явно недоумевая, что же, чёрт побери, произошло.
Мда. Он тот еще спринтер.