Обеденные разговоры, против ожидания, не принесли каких-то особенных новостей, только Андрей Викторович сказал, что тачки пошли на ура, ощутимо ускорив работу, и попросил довести их количество до восьми. Петрович пообещал сделать, как только будет покончено с кровлей.
Марина Витальевна вполголоса называла Петровича эксплуататором и жалостливо смотрела на уплетающих ее варево девочек-подростков. Она никогда не отказывала им в добавке. При такой нагрузке, да еще и у растущих организмов, в дело шла каждая калория.
Через час после обеда кровельная эпопея была закончена. Набитая рука и заранее подготовленные материалы тоже кое-что значат. Оставалось только положить на место конек, но этим можно заняться только после укладки кровли над пристройками. К этому времени Лизина бригада закончила класть дымоходную стену, и сейчас в бетономешалке размешивался цементный раствор для кладки цоколей поперечных перегородок, а в яме отмокал кирпич.
Хмыкнув, главный прогрессор сходил к куче отходов и ножом отколол от горбыля несколько длинных смолистых лучин. Чиркнув зажигалкой, он поджег одну из них и, дав ей разгореться, сунул горящим концом в черный прямоугольник дымоходного отверстия. Пламя отклонилось внутрь. Обойдя казарму вокруг, он проделал такую же операцию с другого конца, после чего улыбнулся и поднял вверх большой палец.
– Все работает правильно, – сказала та, – мы с вами молодцы.
После этого заявления на стройплощадке наступили пять минут радости. Девочки, повизгивая, подпрыгивали, обнимались между собой и с Лизой, терлись носами, тем самым всячески выражая удовольствие от похвалы.
Но солнце было еще высоко, а значит, предстояло еще много дел. Поэтому Лиза, дав девочкам выплеснуть свои эмоции, послала их таскать мокрый кирпич к месту работы.
– Сергей Петрович, – спросил Валера, – а мы что будем делать? Тачки, форточки или двери?
– Знаешь что, дружок, – ответил тот, – давай-ка займемся с тобой тачками. Ведь там, на холме, они действительно очень нужны.