Хорошо ситуация складывается!
Сейчас с ним… поговорю, а потом можно и Радужку одинокую утешить…
И Немому, опять же, не придется ее “жениха” занимать разговором, а то что-то я не особо доверяю его разговорным способностям…
Перед дверью торможу, вспоминая об очках, снимаю, убираю в карман джинсов, и неожиданно слышу голос “жениха” Радужки:
— Да все нормально! Нет, пока в кабинет не попал… Ну а чего ты хочешь, она меня домой только два раза звала и каждый раз брат ее сидел и глазами убивал…
На полной скорости оттормаживаюсь, вслушиваясь в нереально интересный телефонный разговор.
Кабинет… Брат мешает… И всего два раза у Радужки дома был…
Если отвлечься от мысли, что как-то маловато для “жениха”, явно Радужка его на приличном расстоянии держит, что дико радует, буквально до небес возносит, то информация интересная до офигения.
Жених-то у нас — такой себе жених… Сука он, а не жених!
Пока я прихожу в себя от противоречивых эмоций, раздирающих мою, и без того не особо соображающую в данный момент башку, парнишка продолжает разговор:
— Ну а как мне себя вести? Да.
Он еще что-то говорит, но в этот момент мимо меня к двери ломится ушатанный в ноль пацан, и я торопливо сваливаю, понимая, что больше ничего интересного не услышу.
Да и ладно. Все, что надо, уже понял.
Теперь бы до Радужки донести, что жених ее собирается иметь в особо извращенной форме… И даже не стольтко ее, сколько ее папашу, если я, конечно, все правильно понял.
Главное, чтоб поверила!
Ради этого и огрести можно…
Глава 38
Когда я подхожу к дивану, на котором вольготно разместилась вся веселая компания, за исключением одного парнишки, самого веселого, сейчас отчитывающегося по телефону о своих успехах заказчику, разговоры чуть затихают.
Не вижу Игорехи, вместо него в лаунже сидит Вовчик, брат Альки. Ну, оно и хорошо, а то длинный урод запросто может все поломать.
Радужка пялится на меня злобно и надменно, и я не могу отлипнуть от ее нежного, чистого лица в ореоле разноцветного всполоха волос.
Блять… Красивая до одури! Все внутри сжимается и никак обратно не разожмется, но внешне стараюсь не выдавать эмоций. Нельзя.
Здороваюсь.
Немой, не меняя каменного выражения физиономии, кивает, протягивает руку для приветствия.