Руслан слышал, как хлопнула входная дверь, и даже выскочил в подъезд за мной, звал меня, но я быстро спускалась вниз по лестнице и разговаривать с ним не хотела.
Хотела побыть одна. Поплакать над своей судьбой.
Мне тридцать четыре, я беременна и предана мужем, и мне придётся начинать жизнь заново.
Я бежала подальше от него, от боли, которую он причинил мне, от квартиры, в которой я была так счастлива и стала так несчастна всего за каких-то несколько минут, когда мой мир перевернулся с ног на голову.
Я знала — больше он никогда прежним уже не станет.
И как мы теперь будем работать в одном офисе с мужем-предателем - я не представляла себе. А на работу идти будет надо....
5.
Выскочила из подъезда и на автопилоте пробежала ещё пару домов.
Запыхалась и остановилась возле лавочки — никто за мной не побежал.
Руслан не бросил бы беременную, которой требовалась помощь врачей.
Мне надо было подумать, куда идти.
Уже начало смеркаться, мне где-то надо ночевать.
Ужасно знать, что дома у тебя больше нет, и ты не можешь туда пойти.
Вынужден искать какое-то иное временное пристанище. А всё потому что твой муж — падла и предатель!
Куда же мне теперь податься?
Гостиница?
Терпеть их не могла всегда. Всё такое.…чужое и словно без души.
Да и не хотелось наткнуться там на знакомых, которые отлично знали моего супруга, как крупного бизнесмена нашего города, и стали бы расспрашивать о причинах моей ночёвки в отеле.
Неудобных вопросов не избежать. А ещё — эти вопросы будут причинять боль.
Едва знакомые спросят, где же мой муж, как я и начну плакать — горько и навзрыд.
Где, где.… А вот там!
Муж — объелся груш. Был да весь вышел.
Нет теперь у меня мужа. Есть только предатель, с которым нужно оформить официальный развод, чтобы он перестал быть мужем даже на бумажке. Не достоин он этого звания, просто не достоин!
По крайней мере, для роли моего мужа.
Дача? У нас есть дача.
Точнее, была — у нас. Теперь неизвестно, чья она будет после развода…
Всё равно туда ехать рискованно — Руслан знает ведь, где находится дача. Он приедет и будет пытаться со мной говорить, а это не только бессмысленно, потому что я не хочу знать никаких оправданий тому, что он сделал, но и слишком нервно.
Я не вынесу его лжи снова.