Люди боялись и ненавидели его и одновременно лебезили перед ним. Никому в голову не пришло насмехаться над неудачной попыткой женитьбы. Слишком хорошо они знали, чем это грозит. Лишь от Аршера зависело, получат их отпрыски Дар или на всю жизнь останутся пустышками, лишенными магии.
Аршер уже был на крыльце собора, сбегал вниз по ступеням, когда его догнал Рэйф.
— Что будешь делать? — спросил друг.
Его интерес не был праздным. Аршер знал, что Рэйф хочет предложить свою помощь, но с этим делом он обязан разобраться сам.
— Собираюсь навестить графа Дербиша и поинтересоваться, как так вышло, что его племянница умерла, но я все еще почему-то не вдовец, — процедил Аршер сквозь стиснутые зубы.
— Я могу поехать с тобой, — предложил Рэйф.
— Лучше останься в столице и присматривай за моей невестой, а особенно за ее матерью. Эбриль — ценный товар. Как бы леди Ньюборд не перепродала ее другому.
— Я этого не допущу, будь спокоен, — кивнул Рэйф.
Через час Аршер уже был в седле и несся к поместью графа Дербиша.
И все же Аршер планировал добраться до цели в кратчайшие сроки, но пара дней у графа в запасе есть. Для него же будет лучше, если его племянница скончается до приезда мужа.
н.
Глава 8. О том, что в огне не горит
До города, где остановился шапито, было несколько часов пути пешком.
Снова меня поразило отсутствие крепостных стен. Похоже, я попала в мирную страну. Это плюс. Вообще в последнее время мне подозрительно везет. Ох, не к добру это, не к добру.
Город выглядел цивилизованно, что радовало. Дома — кирпичные, двух и даже трех-четырехэтажные, со стеклянными окнами. Мостовые вымощены булыжниками. Никаких зловонных стоков по краям улиц, а значит, есть канализация.
Но в то же время я не заметила техники, только телеги и кареты. Паровых машин и тех нет. Воду набирали в ведра из специальных питьевых фонтанчиков. Выходит, водопровод отсутствует.
В общем, я попала не в глухое Средневековье, но и далеко не в современный мир. Угодила куда-то посередине.
На меня не обращали внимания, и я без приключений добралась до шапито. Его купол был установлен на главной городской площади. Найти его не составило труда.