— Да, пап, мамочка меня всю извазюкала, даже нос и щеки, — сообщает кудрявое чудо, задирая голову, чтобы продемонстрировать отливающую белым оттенком кожу и заодно хоть что-то увидеть из-под своей смешной панамы с отверстиями под хвостики."
"За время отдыха мы успели обследовать и бассейны на территории самого отеля, и водные аттракционы, и пляжи, но личный лягушатник Амина оценила выше всех, особенно, когда Дав откуда-то принес надувной матрас и круг в виде огромного лебедя.
— Отлично, — комментирует услышанное Цикал и переводит хитрый взгляд с дочери на меня.
Вот же жук!
Будто подсматривал и знает наверняка, что «мама» без крема. Может, кому-то такое внимание и забота могли бы не понравиться, но я кайфую, будто стараюсь дополучить ту порцию теплоты, что он мне не додал в прошлом.
— Ой, забыла, — признается Амина, смешно округляя рот и хлопая по нему мокрой ладошкой. — Папа, но ты же поможешь маме?
В глазах стопроцентная уверенность, что будет именно так.
У нашей дочери очень легко вышло соединить маму и папу в одно целое, как в разговоре, так и в своей головенке. Будто это правильно и не подлежит сомнению. Она не задала ни одного вопроса по поводу того, что после ее похищения мы ночевали в доме Давида, или о том, почему мы сейчас живем все вместе.
Нет.
Никаких колебаний, что что-то не так. Зато хитрый взгляд на нас двоих, будто она так и хочет сказать: «Мамочка, ну я же говорила, что папа в тебя влюбился! И я помню, что он тебе тоже нравится», так и мелькает в глазах.
— Конечно помогу, — Давид кивает дочери, отпуская ее в новый заплыв, сам же поворачивается ко мне и совершенно не скрывает, что вид в бикини его очень радует. Глаза мгновенно становятся темнее, а голос ниже и чувственнее. — Ложись, красотка, буду тебя пачкать.
Че-еерт! Это звучит так порочно, что даже вид крема в сильных мужских руках не помогает успокоится. Возбуждение топит с головы до ног, делая тело неимоверно чувствительным, а ноги и руки похожими на дрожащее желе.
— Мажь, — хриплю в ответ и быстренько вытягиваюсь на животе, пряча грудь, выдающую все мои тайные мысли.
Ведь как думала, надо было брать бюстик не тканевый, а с уплотнением.
Опускаю голову на скрещенные руки и прикусываю губу, чтобы не застонать, когда умелые широкие ладони не просто втирают крем, а разминают спину и оглаживают всю меня от шеи до икр.