Ведь я, как и ты, тоже очень и очень удивлена. Только немного другим. Не ожидала Цикала у вас встретить, честное слово. Ты, подружка, умудрилась сделать сюрприз не только своему мужу.
— Правда?
— Угу.
— О, Боже! Надеюсь, ты за это на меня не в обиде? Юльчик, милая, если бы я знала, что ты будешь против, я бы…
— Тихо-тихо, ты чего разволновалась? — перехватываю ладонь подружки. Еще не хватало, чтобы у нее из-за моих перипетий грудное молоко пропало. — Сонь, если так было суждено, то оно произошло бы в любом случае.
— Ага, хорошо, — кивает Гроссо и следом уточняет. — А Амина знает?
— Нет пока. Я ей расскажу позже.
— О, ясно, — соглашается, на минуту зависает, о чем-то задумавшись, и вдруг резко оборачивается, восклицая. — Ю-юля-я!
— Что? — пугаюсь уже я.
— Ну мой муж и жук! — выдает уверенно.
— Э-э-э, ну да, — пожимаю плечами, понимая, что из-за моего молчания еще и Алексу на орехи достанется. — Ты же его не прибьешь?
Заглядываю с надеждой в глаза.
— Да нет же, — отмахивается Соня. — Я про другое.
Удивляет загадочной улыбкой.
— Поделишься? — приподнимаю бровь, закидывая удочку.
Любопытство — мой порок.
Подхватываю свою чашку и, убедившись, что кофе безбожно остыл, с сожалением опускаю её в мойку.
— Мой хитрый муж предложил на крещении поделить близнецов. Одного тебе, другого Давиду. А не так, чтобы каждый их вас был крестным обоих, — ошарашивает новыми вводными Гроссо.
И опять загадочно улыбается, совершенно спокойно пригубляя холодный чай.
— Почему?
Мне действительно интересно и непонятно.
— Потому что… — звучит от довольной как слон подруги, напоминающей в этот момент бесшабашную вредину, которая точно знает, о чем говорит, но ни за что не расколется, потому что так решила.
Повторяет радостно вновь.
Чмокает меня в щеку, подхватывает за руку и утягивает из кухни в гостиную и дальше вверх по лестнице.
— Юльчик, нам уже пора выдвигаться, а то опоздаем.
* * *
Обряд крещения детей я прохожу как во сне. Делаю сначала одно, потом другое, потом третье. Всё, что от меня требуют обязанности крестной мамы.