Прогудел рассекаемый мечом воздух и через секунду на пол шмякнулись уже две части кролика. Голова — отдельно, тушка отдельно. Одновременно я почувствовал поглощаемую силу, которая скользнула по металлу клинка, влившись в тело.
По ядрам прошла едва заметная вибрация, а я ощутил странно знакомое чувство. И удивлённо уставился на труп странного кролика из Пробоя. Не понимаю. Как такое возможно?
Глава XIII
До конца занятия я просидел на скамейке, делая вид, что наблюдаю за поединками одногруппников. На самом же деле, голова была занята только одной мыслью.
В теории, божественная мощь послужила основой для всей их магической системы. Будь мои братья и сёстры живы, никаких Одарённых бы не существовала. Но внутри них была изменённая энергия. Практически не совместимая с моим осколком “искры”. А вот из пробойника в меня скользнула частица чистой божественной силы. Причём она не прошла через браслет — впиталась напрямую, притянутая тем крошечным кусочком божественной сущности, что у меня остался.
"По мере того, как студенты, один за другим выходили на арену, увеличивалось и количество косых взглядом, бросаемых в мою сторону. Почему? Да всё просто — ни один не смог показать техники, которая была близкой по классу к моей. Даже тот патриций, что тоже попросил себе в противники шипастого кролика, а зайдя на арену, сразу принял красивую боевую стойку.
С этим он справился на отлично. А вот убить пробойника смог далеко не сразу — несмотря на истощение зверь дважды зацепил его ногу, так что аристократ сразу же поковылял в медицинской корпус.
Что удивительно, никто кроме того первого увальня, не пробовал использовать печати. Скорее всего в этом была какая-то логика. Причём общеизвестная, раз никто не задавал вопросов. Надо будет выяснить.
Хотя, к Кроносу всё это. Сегодня я посещу Бельского и договорюсь о ведении дела. Потом найду себе дом, который можно снять — повторно ночевать в общежитии я не собирался.
Когда последний из студентов, под презрительный клекот Сандала наконец прикончил едва передвигавшую лапы крысу, наставник объявил, что занятие окончено. Толкнул короткую пафосную речь о том, что убивать Пробойников и защищать человечество, это долг каждого аристократа, после чего отпустил студентов ещё до сигнала об официальном окончании занятия.