Возможно, ей просто было легче согласиться с ним, чем объяснять, стоя в дверях, почему его предложение неприемлемо. И вот теперь Бэлла расплачивалась за свой компромисс тем, что даже не могла нормально помыться. Точнее, как? В душ-то она сходила, но стоя под ним, Бэлла то и дело косилась на дверь, как если бы боялась, что Давид в неё ворвется. Конечно, это было глупо. Вряд ли ей хоть что-нибудь угрожало. Просто привыкнув жить настороже, она накручивала себя на пустом месте. Тьфу ты!
Кое-как промокнув тело полотенцем, Бэлла натянула бесформенный домашний костюм и вышла в гостиную, где Давид, похоже, уже вполне освоился.
— Булочку? Свежая.
— Я пробежала десять километров, чтобы сбросить несколько сот килокалорий. Съесть хоть одну — значит свести на нет все усилия.
— Да бросьте. У вас великолепная фигура."
"Тут, конечно, не поспоришь. Свою привлекательность Бэлла осознала сразу. В момент, когда она как-то очень быстро превратилась из угловатого подростка в роскошную женщину. За этот срок каких только комплиментов ей не доводилось слышать. Изысканных и откровенно пошлых, заискивающих и вполне искренних. Бэлла настолько привыкла к ним, что они совершенно её не трогали. А теперь, вот те на, что-то екнуло в груди, сжалось… Очень и очень странно.
— Она такая именно потому, что я не ем булок. Но спасибо за угощение. Родион его точно оценит.
Гройсман кивнул. Пододвинул к ней большой стакан кофе. Брал он на свой вкус, поэтому Бэлла не особенно рассчитывала, что тот ей понравится. Вкусным она считала кофе с добавлением специй и молока. Сваренный на арабский манер, здесь такой не готовили.
— Так что там с Катей?
— Она выписалась.
— Да, это я поняла. А дальше?
— Хм… Вы вообще в курсе, какого рода травмы она получила?
Бэлла покрутила в руках ложечку, раздумывая над ответом.
— В общих чертах.
— Вы уверены, что тот, кто с ней это сделал, не вернётся, чтобы повторить?
Не вернётся. Бэлла об этом позаботилась. «Если только Катька, дурында, сама того не захочет!» — мелькнула в голове тревожная мысль.