Сломает ещё одну, и что дальше…
Внутренний зверь зарычал, огрызнулся. Ему не понравилась мысль, что он сломает Катю. Может… Легко. Для этого всего-то нужна пара движений. Войдет в неё, прижмет к пологу, и всё. Она сломается. Больше никогда и никому не поверит.
Он знал.
Видел в её глазах. В её движениях. Чувствовал в прикосновениях.
Не зря он ей говорил: отомри. Руслан видел, как она делает над собой усилие. Как старается. И его разбирали надвое черти сомнения.
Ради него многие старались, чего уж тут греха таить.
Но чтобы его попарить… Да и черт с ним, с баней, с паром.
Он себя не понимал. Чего медлит, раз тело просит?
А она «ниже» и губами по его коже.
Генерал Руслан Коваль прожил до тридцати восьми лет, но его никогда не трясло, как в лихорадке от прикосновений девчачьих губ. В голове что-то перемкнуло, или, наоборот, какой-то нарост отвалился, потому что Руслана накрыло новым потоком эмоций. Свежих, ранее не испытанных.
С возрастом, когда ты добился почти всего, чего хотел, и впереди только новые горизонты, эмоции притупляются.
У Коваля так случилось с женщинами. Слишком много их было, безликих, однотипных. Тело, тело и снова тело. Так встала, взяла, нагнулась. Всё знал наперед.
Воробушек будоражила эмоции. Сначала тем долбанным взглядом, на котором он зациклился.
Подмять под себя…
Взять…
И чтобы губами не по плечу, а по члену. И глубоко. На всю длину.
Кровь прильнула к вискам, в ушах зашумело, застучало. Нутро выворачивало от потребности снять напряжение в паху.
Катя же впервые льнула к нему. Доверчиво. Бедра раскинула, подставив себя, и вперед подалась.
Коваль не зря в молодые годы вырабатывал способность мыслить и анализировать происходящее в любой ситуации. Замечать то, что другие предпочитали не видеть. Зачем напрягаться? Генерал напрягался. Не зря говорят, что дьявол кроется в деталях.
Руслан прислушался к себе. К тому урагану в крови, который обрушился на него от её неумелых прикосновений.
Старается…
А что он? Знает, млядь, по какой причине она всё это делает.