К вечеру четверга наконец его начало отпускать. Кожа покрылась липкой испариной, голова всё ещё казалась какой-то пластилиновой, но он хотя бы уже сумел разлепить веки. А позже даже сам дополз до ванной.
В пятницу, несмотря на слабость и мамины наказы «лежать», Женька уже слонялся по квартире, не зная, куда себя приткнуть. Посидел в вк, узнал, что сегодня всех-всех призвали на родительское собрание под страхом разборок с директрисой. В чате класса по этому поводу бурлили и строили разные догадки.
«Ну что, на собрание вечером идёте?»
«Девочки, что-то я боюсь…»
«Народ, никто не знает, какая муха Лиду укусила? С чего она такой шухер подняла?»
«Может, из-за новенькой?»
«Точно! Может, новенькая настучала, что её типа обижают?»
«Она могла!»
«А что с ней?» — не удержался Женька и влез в беседу, хотя не собирался.
«О! Какие люди! Онегин! Ты там как? Что с тобой? Когда появишься?» — посыпалось сразу.
«Ангина. Через неделю, может. Так что с новенькой?»
«Да ничего особенного. Подразнили малость, чисто ради прикола»
«Никто её и пальцем не тронул!»
Но несмотря на заверения, в груди осела тяжесть.
Женькины родители на собрание поехали, как обычно, вместе, сразу после работы, и вернулись уже затемно. Он извёлся весь в дурном предчувствии, пока их дождался, места себе не находил.
Родители и впрямь пришли явно расстроенными. Особенно мама.
— Что там случилось? — сразу спросил Женька, не давая им времени даже раздеться.
— Это какой-то кошмар, — покачала головой мама. — Мне до сих пор не по себе.
Родители разделись, прошли в комнату. А Женька, оцепенев, так и стоял в прихожей, не в силах даже вдохнуть нормально…
36
Неделю назад он думал, что ему плохо, как никогда? Плохо настолько, что хуже не бывает? Бывает, ещё как бывает! Нестерпимое чувство стыда и вины, как неподъёмная ледяная глыба, навалилось на него.
Не вдумываясь, машинально он ответил матери на вопрос о своём самочувствии, так же на автомате отказался от ужина и ушёл спать.