Понимаю, что вы только начали встречаться, и даже говорить, что у вас с Микой отношения как-то… слишком рано. То есть, по сути, вы друг другу… ещё никто. И я понимаю, что такое даже для крепких отношений было бы серьёзным испытанием. И знаю, что многие не выдерживают. Уходят даже от невест или жен в похожих ситуациях. Это же тяжело, долго а, возможно, навсегда. Я всё понимаю, но, пожалуйста, не оставляй её! Хотя бы первое время…
Женя поднял голову, скосил на неё глаза.
— Что? Ты про что? — нахмурился он.
— Ей так нужна сейчас твоя поддержка, понимаешь? Побудь с ней, пока она хоть немного не придёт в себя.
— Ты с ума сошла, что ли? Ты что, думала, что я…Мику бросил бы? Ты… — Женька даже слова растерял. — Как тебе такое только в голову пришло?
— Не злись. Я думала… думала, у вас с ней ну, так… несерьёзно…
Женька посмотрел на неё, как на умалишённую, но больше ничего не сказал, только покачал головой и отвёл взгляд в сторону. Вера больше не сверлила его взглядом и, кажется, даже испытывала неловкость.
Помолчав, спросила:
— Ты её любишь?
Отвечать он не стал. Поднялся со скамьи, бросил спасибо и направился к машине, которая почему-то вдруг показалась ему нелепой и кричащей. Чушь, конечно. Просто сейчас ему всё стало видеться таким — неуместным в самом плохом смысле слова. Дети, галдящие на площадке, придурок со второго этажа, который выпер на балкон колонки, чтобы весь двор вместе с ним слушал дабстеп, парни, которые над чем-то взрывались хохотом каждые две минуты. Он искренне не понимал, как можно сейчас веселиться и хохотать? Как можно вообще продолжать жить как ни в чём не бывало?
Ожоговый центр нашёл он быстро, только вот никто его не пустил.
На следующее утро его так же задержали, указав на часы приёма. Но тут он уже не стал отчаянно ломиться напролом, а хорошо, как умел, попросил, поулыбался — и пропустили. Хотя кто бы знал, чего ему только стоило это показное спокойствие и приветливость.
Всю ночь накануне Женя не спал, рылся в интернете, читал подобные случаи. Находил и утешительные — когда после ряда операций женщины возвращали и нормальный облик, и здоровье. Но больше было, конечно, удручающих, а то и совсем ужасных.
В любом случае, решил он для себя, всё, что от него зависит — он сделает, лишь бы она поправилась. Надо будет её с ложки кормить — будет кормить. И мыть, и одевать, и что угодно. И деньги на лечение найдёт.