— Очень красиво…
Второй рукой он подносит к глазам камеру.
Пальцы скользят по веревке в паху, оттягивая ее от уже натертой и очень чувствительной промежности.
Моё тело неконтролируемо сокращается от затянувшегося предоргазменного мучительного ощущения, глаза закатываются.
В какой вселенной ты научился этому искусству?!
Подносит второй рукой к глазам камеру.
Я сдавленно ловлю вырывающиеся стоны.
— Ты хочешь о чем-то попросить меня?
— Боже… боже… — задыхаюсь я.
— Попроси…
Какая же ты хитрая сволочь, Аронов! Какая же я наивная еще дура…
Но б*ять…
— Нет, так, нет… — скользят его пальцы, отдаляясь от мест, где они нужны мне адски!
— Пожалуйста! — исступленно шепчу я, задыхаясь.
— Моя умница…
Его кисть, обхватив веревку скользит обратно мне между ног, отрывая ее от меня и проходясь по плоти горячими ласковыми костяшками пальцев. Я выгибаюсь, вскрикивая от контраста между неласковой веревкой и этим теплым живым ощущением его тела. Несколько отточенных движений туда и обратно… Меня неконтролируемо выгибает ему навстречу.
Вспышка… еще… еще…
Меня бьет судорогами удовольствия ослепляя и оглушая.
Вспышки, вспышки, вспышки…
Последняя мне кажется внутри моей головы, и я выключаюсь.
Чувствую его теплые руки. И то, как веревки не спеша расслабляются, исчезая с моего тела. Его пальцы разминают там, где долго давило узлами и ощущения там от них нереальные.
Поцелуй в плечо.
— Спасибо за работу, прекрасная девочка…
Глава 32 — Дружба со скорпионом (ч6)
Одевшись, я накидываю на плечи легкий плащ, забираю свой зонт-трость и, улыбаясь, выхожу к столу охраны, чтобы повесить ключ от гримерки.
Попрощавшись с охранником, выхожу под яркое весеннее солнце. Замерев на крыльце, закрываю глаза, поднимая лицо к небу и греясь в ласковых лучах.
Ветер развевает мои растрепавшиеся волосы. Губы до сих пор очень чувствительным и я, вспоминая детали этой сессии, покусываю их от накатывающих волн чувственности.