— Ох, какой ты сложный… Знаешь Ростовщика?
— Да кто же не знает?
— Ну вот, есть вероятность, что он знаком с экзорцистом, к которому обратился клиент Айма. Возможно, Ростовщик даже продал этому экзорцисту ту самую языческую игрушку, которая в итоге убила Айма… Впрочем, я только гадаю.
Чтоб его. Ну разве не чудесный день?
*
Денёк выдался муторный.
Не то чтобы прямо сложный, скорее тягомотный до состояния “да заканчивайся уже, а?”.
Прошёл слух, что Шеф планирует навестить наш офис. На самом деле чушь, конечно, ибо Шеф тут отродясь не появлялся лично.
Не то чтобы у меня с этим проблемы, на самом деле. Так-то я последние годы был самым результативным сотрудником в отделе тщеславия — или, как минимум, одним из точно. Другой вопрос, что я никогда не разделял некоторую… бюрократичность, свойственную нашему отделу. И, если честно, за отчёты садился только тогда, когда приходил статус КЖПВЖК (под таким кодовым именем у меня проходили все эти штуки про жареного петуха; говорят, кстати, Бал однажды оживил одного… но это уже совсем другая история.
Потому мне пришлось почти весь день просидеть над интерактивной пентаграммой, организовывая записи о своих бессмертных подвигах и составляя список контрактов. И культистов, и Ростовщика я таким образом отложил на вечер — подальше от рабочего времени, любопытных взглядов Бэла и тентаклей гендиректора.
Начать решил с самого неприятного, то бишь, с культистов.
Тут надо объяснить, что люди, которые выбрали поклонение Шефу и прочим Тёмным Древним, специфичны по определению. Не всегда психи, нет. За этим может стоять множество вещей, конечно — неприятие норм общества или себя, юношеский бунт, протест, жажда острых ощущений, отрицание… Да даже предназначение, тёмное благословение или истинное призвание — хотя такие, конечно, исчезающе редко нам именно поклоняются, да ещё и в компании. Но иногда всё же случается.