— Любой будет счастлив принять от меня венок? — спросила она медленно. — Ты и правда в это веришь? Или просто говоришь, чтобы подбодрить? Я не настолько хороша, Шази. Не льсти попусту.
— Я в этом уверен, как мало в чём, — усмехнулся он.
Здесь, на этом празднике, почти нет духов, способных перебить его силу — а с теми, что есть, он сумеет договориться.
Между тем, она нервничала.
Он ненавидел, как она нервничала, не выносил выражение страха и неуверенности в этих глазах. Кого она могла желать? Кто мог стоить таких эмоций? Он держал в уме несколько возможных кандидатур, наиболее вероятной из которых казался княжеский сынок — между ними давно уже что-то намечалось, и родня с обеих сторон уже вовсю вела разговоры.
Сам князёнок был так себе, если честно. Младший отпрыск третьей жены, не особенно важная птица в глобальном смысле, потому его и выпихнули сюда… Но по местным меркам, возможно, юноша вполне тянул на прекрасного принца.
Но не для деймона. Его изводила сама мысль, что драгоценная душа может бояться из-за предстоящего объяснения с таким ничтожеством.
"— Ты получишь, кого бы ни пожелала. Обещаю тебе, — он добавил в голос чар. — Кому бы ты ни отдал свой венок, тот будет твоим так долго, как будет на то твоя воля.
— Тебе стоит осторожней обращаться с обещаниями, — ему почудилось нечто в её глазах, но он решил разобраться позднее. — Они опасны.
— Не в данном случае.
Её улыбка казалась странной, торжествующей и горькой одновременно.
— Да будет же по слову твоему, — сказала она.
И протянула ему венок.
-
Что же, ему, наверное, следовало это предвидеть.
Следовало помнить: в любом веке, в любом теле, она всегда умела его удивлять.
И что, спрашивается, ему делать с этим теперь? Что ему делать с ней?
Он вздохнул.
Как он мог забыть, что она ещё очень молода? Даже если сейчас, в отсвете костров, глаза её и кажутся старыми, на самом деле она почти что непозволительно юна. И, в этом воплощении, поразительно романтична. А какую юную деву в определённый период времени не прельщает нечто демоническое?
Юности нравится запретное, овеянное тайной, будоражащее воображение.