А вспомнил я об этом, чтобы со своими друзьями согласовать охотничий график.
Предякин затыкается и недовольно смотрит на меня.
— Наши с Богданом рода вообще-то тоже создали добровольческий отряд, — вдруг заявляет Фиткина, уперев руки в бока и выпятив грудь. — Мы тоже охотимся, имей в виду, Данила!
Зачем она это брякнула, я так и не понял. Ну создали и ладно. После этих слов Фиткина гордо вскидывает подбородок и, взяв Предякина за локоть, тянет его прочь от нашего стола.
— Два индюка, — улыбается им вслед Камила.
— Даня, так что насчет графика? — смотрит на меня Лена.
Я быстро утрясаю с ребятами наш распорядок дня. Решили после уроков вместе ехать на ставку князя, друзья подождут меня в машине, а потом сразу отправимся на охоту. Долго разговаривать с Великопермским мне не о чем. Наверняка, он просто хочет посмотреть на «диковинную зверюшку телепата Данилу», что воскресил Горнорудову.
А потом посреди уроков меня вызывают к директору. И я прекрасно знаю почему. Уже на днях один раз общался с ним по тому же поводу.
— Данила, — грозно смотрит на меня директор. — Наша служба безопасности заметила прямо за школьной территорией грузовик. Сканер чувствует в нем свору аномальных зверей. Не потрудишься убрать его?
— Но мы же уже разговаривали об этом, господин директор, — вздыхаю. — В грузовике прирученные мной Легавые. Сразу после школы я отправлюсь на охоту. Звери мне нужны. Кроме того, своим присутствием они гарантируют безопасность ученикам.
— Вещий, ты меня до белого каления доведешь! — вспылил директор. — Ничего твои Легавые не гарантируют! Они — угроза! Быстро убери своих псов! Иначе вызову в школу твою маму!
— Слушайте, — я тоже теряю терпение. Нашел, блин, чем угрожать. Я уже несколько месяцев живу отдельно от родителей, между прочим. — Я ручаюсь за своих питомцев, у меня зверей дворяне покупают. И вообще грузовик стоит за пределами школы — возле манежа Енеревых. Там нет вашей юрисдикции.
— Вот как заговорил, значит! — продолжает бычиться директор.
— Похоже, мы так и не договоримся, — пожимаю плечами. — Что ж подавайте свою жалобу. Только учтите: город уже другой. И одних охранников с пистолетами уже ни на что не хватит.
— Иди отсюда, — директор вскакивает и указывает на дверь. — Будешь мне еще дерзить.
Я снова пожимаю плечами и ухожу. Беда директора в том, что он всё еще видит в нас детей.