К какому бы решению ни пришел суд, она, Арлина, обязана признать: от первого до последнего дня своего пребывания в крепости самозванец не проявил ни трусости, ни подлости… Что еще угодно узнать повелителю? Ах, летал ли самозванец на драконе? Увы, она должна, к стыду своему, сознаться: при появлении дракона она с визгом упала наземь, лицом вниз… и, скажем так, видела далеко не все, что творилось в воздухе…
Лавируя между правдой и недомолвками, Арлина ухитрилась не произнести ни слова прямой лжи. Получив разрешение удалиться, Волчица хладнокровно спустилась с возвышения и заняла место на скамье рядом с другими Детьми Кланов.
Галерея для свидетелей постепенно пустела, а толпа все больше приходила в волнение. Шепоток-говорок, шелестевший над площадью, превратился в шумный, как прибой, говор.
Вдруг толпа разом смолкла, расплеснулась в стороны. По живому коридору медленно прошла маленькая, хрупкая седая женщина. На ней был плащ с узором в виде орлиных перьев — казалось, женщина сложила за спиной крылья.
Король поднялся с кресла, покинул возвышение и поспешил навстречу старой женщине.
— Рад видеть тебя живой и бодрой, Орлица! Прости, не посетил тебя по приезде в Ваасмир… но ты наверняка знаешь, какие события закрутили меня в водовороте. Если был непочтителен — не сердись!
— Я знаю, государь! — негромко, но внятно произнесла Орлица. — Тяжка сегодня твоя ноша… тяжелее, чем обычно. Потому я и здесь — чтобы своим даром помочь моему королю.
— По силам ли это будет тебе? В твои-то годы?..
— Не спорю, нелегко. Вряд ли смогла бы я выдержать дознание от начала до конца, поэтому пришла к допросу подсудимых. Слуги известили меня, что почти все свидетели опрошены… Я не опоздала?
— Сайвафина! — с чувством сказал король. — Если бы я знал, что ты окажешь всем нам такую честь, я послал бы за тобой носилки!
— Зачем, государь? — мягко улыбнулась женщина. — Я стараюсь чаще ходить пешком, а мои дети проводили меня…
Она ласково обернулась к стоящим за ее плечами Орлам, а те ответили ей взглядами, полными почтения и любви.
Сайвафина Осенняя Ягода, самая старая женщина не только в Грайане, но, пожалуй, и в мире, называла всех Орлов своими детьми, потому что давно запуталась, сколько раз надо прибавлять «пра» к слову «внук». Рожденная еще в Огненные Времена, она проводила в прошлое уже триста двенадцать лет, успешно сопротивлялась недугам и храбро смеялась над Бездной.