– повторил Маркиз.
– Вы думаете, он при этом выяснил код его сейфа и потом мог его вскрыть в отсутствие хозяина? – догадался Рудольф Андреевич.
– Все возможно… Так-так… ну, кое-что для меня прояснилось, но не все, – пробормотал Маркиз, – засим позвольте откланяться.
Рудольф Андреевич с сожалением проводил взглядом свои проигранные шахматы, а Леня направился прямиком к Марку Клеверу, чтобы отдать ему набор Педро Руиса и подарить еще один, в благодарность за науку.
Вениамин дождался, когда уйдет директриса Инна Романовна, и заглянул в приемную.
– Вы что-то хотели, Вениамин Александрович? – спросила Ляля, перебирая бумаги. – Инны Романовны сейчас нет, но, может, я могу чем-то помочь?
– Да-да… – Вениамин потоптался на пороге, – Лариса, я хотел бы вас попросить…
Ляля подняла глаза от бумаг и оглядела Вениамина. Ни тени недовольства, ни тени неприязни, только спокойная доброжелательность. Хотя, конечно, не всякая на ее месте удержалась бы от презрительной ухмылки.
Вениамин был жалок – в этой своей заношенной несвежей одежде, в стоптанных старомодных ботинках и с затравленным выражением на лице.
– Не стесняйтесь, Вениамин Александрович, – улыбнулась она приветливо, – так о чем вы хотели попросить? И зовите меня Лялей, мы же договорились.
– Да-да… – он вздохнул. – Ну тогда и вы зовите меня просто Вениамином, без отчества.
Ляля поскорее опустила вспыхнувшие глаза. Вот как, это хороший знак! Только не нужно показывать ему свою радость. Это преждевременно и может его отпугнуть.
– Вы не могли бы… – тянул Вениамин, так что Ляле захотелось встать и встряхнуть его хорошенько, чтобы не мямлил, а сказал наконец внятно, чего он от нее хочет."
"Но торопиться ей было некуда, вечером мама пригласила в гости Лялиного потенциального жениха и вызвалась даже сама все приготовить для стола. Чего там готовить-то, если этот, с позволения сказать, жених ест только тщательно протертую пищу… Блендер ему подарить на день рождения, что ли…
– Ну, что делать? Говорите уж быстрее! – Ляля подпустила в голос немного строгости.
– Поехать со мной по магазинам, чтобы купить одежду! – послушно отрапортовал Вениамин.
Ляля не стала спрашивать, куда делись все дорогие костюмы и рубашки с чужого плеча. А также кашемировое пальто, которое сидело на Венике как на корове кавалерийское седло. И ботинки, которые были явно велики, вату он в носки запихивал, что ли… И даже часы «Лонжин» куда-то пропали.