– Пу И, – окликнула она его, – Пу И, детка, как ты неаккуратно ешь! Какой же ты поросенок!
Последнее слово она произнесла громко и отчетливо.
Дело в том, что время от времени Лола использовала таланты Пу И в своей профессиональной деятельности (не актерской, а той, которой она занималась на пару с Маркизом). Для этого она его выдрессировала, точнее, не она, а Маркиз, потому что у Лолы не хватало терпения. Теперь при произнесении определенных слов песик должен был выполнить один из трюков. Маркиз долго возился с песиком, применяя для этого знания, полученные в цирке.
"Так что теперь, если Лола говорила «какой же ты хулиган», Пу И должен был упасть на бок и притвориться мертвым; если она говорила «какой ты невоспитанный» – нужно было стащить со стола скатерть; а вот при словах «какой же ты поросенок» Пу И должен сбросить на пол женскую сумочку – не Лолину, конечно, а той женщины, с которой Лола в данный момент разговаривает.
И сейчас Пу И с сожалением взглянул на остатки орехового печенья. Ему не хотелось отрываться от такого увлекательного занятия, однако и подводить хозяйку нельзя. Песик спрыгнул со стула, подскочил к Александре, схватил зубами ремешок ее сумочки и сильным рывком сдернул ее со стула.
Сумка упала на пол, ее содержимое рассыпалось, так что Лола снова вспомнила сцену в торговом центре.
– Ох, Пу И, что ты натворил! – воскликнула она в притворном гневе. – Так ты отблагодарил меня за печенье?
– Не сердись на него, он не виноват! – проговорила Александра.
Она наклонилась, чтобы собрать содержимое сумочки.
В ту же секунду Лола огляделась по сторонам и молниеносно поменяла местами кофейные чашки, после чего помогла Александре собрать мелочи в сумку. Впрочем, та уже почти закончила – вещей у нее в сумке было совсем немного.
Инцидент был исчерпан, Пу И вернулся к ореховому печенью, а Лола взяла свою чашку и поднесла к губам:
– Ох, ты права, кофе почти остыл!
– Да, мы что-то заболтались! – Александра взглянула на нее с явным облегчением и тоже выпила свой кофе.
– Так вот, – продолжила она, поставив чашку на место, – подумала я, подумала и решила, что самое доступное рукоделие – это вышивание. Вышивать кто угодно может научиться.
– Ну, это ты зря, – авторитетно возразила ей Лола, – вышивание – это настоящее искусство.
Она тоже отставила свою чашку и слегка поморщилась:
– Честно говоря, кофе здесь не ах.