— Я не хочу отбирать у кого бы то ни было его жизнь, ведь тело, в которое ты переместишь моё сознание, кому-то принадлежит. Не, не хочу так поступать, даже учитывая, что своя рубашка ближе к телу, жизненные принципы важнее жизни, на то они и принципы.
Девчонка после небольшой паузы произнесла:
— Знаешь, меня радуют твои принципы. Покойный отец говорил, что я не умею разбираться в людях, но в данном случае и так понятно, что ты хороший человек, и мне ещё больше хочется тебе помочь.
Я на эту тираду только хмыкнул и ответил:
— Твой отец был прав, и я по жизни творил немало разной дичи, стоит только Афган вспомнить, но некоторые вещи даже для меня неприемлемы, тем более на пороге смерти и перед встречей с богом.
— Понимаю и принимаю. Но дело в том, что выкинуть кого-либо из его тела, чтобы занять его место, в принципе невозможно. В нашем случае нам придётся воспользоваться телом, которое только покинула так называемая душа из-за какой-нибудь травмы, несовместимой с жизнью.
Я, слушая это все, задавался вопросом: мне действительно в кои-то веки повезло по жизни? Или все это плод моего больного воображения? Всё-таки опухоль головного мозга намекает на последнее.
— Да, такой вариант приемлем, и я согласен попробовать. Что мне надо делать?
— Ты говорил, что тебе надо решить какие-то вопросы до того, как умрёшь, сколько тебе для этого понадобится времени?
— Собственно, нет ничего такого, из-за чего стоит откладывать наш эксперимент. Разве что с родными стоит попрощаться, а так я в принципе готов.
Девчонка на это хмыкнула и произнесла:"
"— Тогда встречаемся через два дня на этом месте. Тебе нужно организовать здесь кучу горючего материала для большого костра, способного сжечь дотла твоё тело. Это обязательное условие, все остальное я подготовлю сама.
Собственно, на этом мы и распрощались с Афродитой, как звали девчонку, благо хоть перед расставанием мне хватило ума выяснить, как её зовут.