– Хорошо, что не дома трудитесь, икона просит тишины.
– Я только оклад делаю, ликом займется мой напарник. Нет у меня духовных сил на этот труд. И запахи резкие, я использую разные реактивы.
– Спаси вас, Господи. Ангела-хранителя вам в помощь.
– Спаси, Господи.
Разговор завершился.
Глава сорок вторая
– Ну, ты даешь! – поразился Степан. – Прямо как священник беседуешь.
– Дед служил настоятелем храма, – пояснил Филипп, – я у него в алтарниках состоял, пока в институт не поступил. Никита Иванович солгал. Он говорил, что Светлана зачем-то зашла в мастерскую матери и случайно выпила кислоту, которая была в чашке.
У меня зазвонил телефон, номер был неизвестен. Я сомневалась пару секунд. Не люблю отвечать на звонки, если контакта нет в телефонной книжке, обязательно нарвешься на рекламу. Но потом все же отозвалась.
– Вилка, – зашептал мужской голос, – приезжай скорей.
– Кто это? – не сообразила я.
– Федя.
– Лебедев? Ты?
– Да. Поторопись. Меня хотят убить.
– В какой больнице лежишь?"
"– Улица Боровина, семь, седьмой этаж, квартира сто пятьдесят.
– В клинике есть квартиры? – удивилась я.
– Не идиотничай! Скорей! Я все объясню.
– Уже едем, разговариваю по дороге. Почему ты не в больнице? Перелом крестца серьезное…
– Да нет его! Идиот из деревенской больницы ошибся. Просто сильный удар, болит не по-детски. Нажми на газ! Она ума лишилась.
– Надо поторопиться, – попросила я мужа, – Федор в панике!
К нужному дому мы примчались через двадцать минут.
– Квартиры тут не самые дорогие, – заметил Степан, – дом не новый.
У меня опять завибрировал сотовый.
– Где ты? – закричал Федя. – Она точно приедет! Убьет меня. Совсем обалдела! На весь мозг больная. Адрес этот никто не знает! Но она выяснит!
– Мы входим в лифт, – ответила я, – домофон не работает.
– И хрен с ним! – взвизгнул Лебедев. – Звони в дверь так: три коротких звонка, два длинных. И так пять раз.