Лиза «умерла», когда ни матери, ни бабушки, по словам безутешного отца, не было в России. Поддержать Леонова пришли сотрудники издательства, авторы, друзья. Ну и журналисты. Народу была тьма. Не знаю, стояли ли у гроба Нефедова и Федор.
– Навряд ли, – усомнился Мирон, – да нам их присутствие или отсутствие неважно. Думаете, Лебедев знал, что задумал Никита?
– Он точно не владел информацией в полном объеме. Леонов мог просто сказать: «Делаешь на свое имя для меня покупку, получаешь вот такую сумму за услугу», – высказалась Ксения.
Я развела руками.
– Понятия не имею. Но тоже думаю, что Феде поведали историю, которая никак не связана с девочкой.
– Каким образом? – тут же перебил меня Майоров.
– Давай сейчас не углубляться в подробности, – смутилась я. – Просто примем как факт: Лебедев узнал, что девочка жива, в гробу лежала кукла.
– Так только идиот мог поступить, – возразил Мирон, – здравомыслящий человек, находясь на месте Лебедева, побоится шантажировать богатого мужика со связями.
– Ключевые слова здесь «здравомыслящий человек», – вздохнула я, – учитывая, как Федя испугался плюшевого медведя, здравомыслия в нем немного.
Ксения, которой удалось благополучно донести чашку до стола, сделала глоток кофе.
– Любому парню, даже ленивому, апатичному, который живет за счет женщины, хочется денег и успеха. Роль комнатной собачки не мужская. Но даже те, кто ее охотно исполняет, нет-нет да и взбрыкивают, пытаются хоть в чем-то преуспеть. Свадьба – сильный стресс. Перспектива стать главой семьи могла побудить Лебедева на шантаж.