Вытащив его до самой головки, он с силой вонзается в меня, и я вскрикиваю от блаженства и ужаса, что меня толкают за край.
Но Зейд не останавливается и продолжает трахать меня, с каждым ударом все больше проверяя прочность почвы под нами. Он крепко сжимает мои волосы, возвращая меня всякий раз, когда его бедра толкают меня вперед.
Я смотрю то на воду, то на неумолимые скалы, которые, кажется, подступают все ближе и ближе.
От острого наслаждения, разливающегося между моих ног, у меня темнеет в глазах, а звуки, вырывающиеся из моего горла, становятся неконтролируемыми.
– Боже мой, – всхлипываю я, и он вгоняет в меня член с такой силой, что у меня клацают зубы от напряжения.
– Ты не найдешь Бога в солнце, он уже внутри тебя, – рычит он, протягивая руку, чтобы найти мой клитор и умело погладить его, попадая в ту самую идеальную точку внутри меня.
Он безжалостно терзает ее, пока я не извергаюсь, а мое тело не замирает от того, насколько мощно я кончаю для него.
– Зейд! – кричу я, и мне уже все равно, буду я жить или нет, лишь бы это чувство никогда не угасало.
Он скрежещет зубами, яростно трахая меня до тех пор, пока его не настигает та погибель, к которой он так стремился. Из его горла вырывается рев, и он входит в меня так глубоко, что мы оба едва не встречаем свой конец у подножия скал.
Мы бы бродили призраками по поместью Парсонс вместе, и мне, безо всяких сомнений, нравится, как это звучит.
* * *– У тебя впечатляющий лоб, мой друг, – замечает Зейд, выпуская облачко сигаретного дыма.
Джефф привязан к металлическому стулу, а Зейд сидит напротив него, держа в одной руке сигарету, а другой запуская ему в лоб маленький пружинящий мячик.
– Откуда, черт возьми, ты вообще взял этот мяч? – спрашиваю я, качая головой, когда он снова отскакивает от покрасневшего лица Джеффа и возвращается в поджидающую руку Зейда.
Наш пленник не очень-то счастлив. Он кипит от ярости, его тело трясется от гнева.
Зейд безразлично пожимает плечами.
– Нашел.
Ладно. Неважно.
Меня отвлекает шорох шин по грязи и траве, и сердце замирает от выброса адреналина и предвкушения.
– Клэр приехала, – объявляю я.
Но Зейд опять бросает мячик. Его поза расслабленна, как и всегда.
Вокруг нас не менее пятидесяти человек, и все они невидимы. Если что-то пойдет не так, появится подкрепление.
– Джей, ее батальон с ней? – спрашивает Зейд; блютуз-чип, как обычно, вставлен в его ухо. Наверное, он так и умрет с ним. – …Три? Какая-то очень нервная, – бормочет он.