Фитц обматывает полотенце вокруг талии и выходит из кабинки, но вместо того, чтобы пойти в другую комнату, остается на месте. Мы стоим в темноте лицом друг к другу. Воздух все еще горячий и душный от пара, но теперь в нем еще и сгустилось напряжение.
Сексуальное."
"Вроде: «Срань господня, этот парень смотрит на меня так, словно уже меня имеет».
Пытаюсь отодвинуться, но колени стучат друг о друга. У меня на уме честно не было ничего такого, когда я решила проведать его. Он только что покинул лед в разгар стремительной, напряженной игры.
Он опасен.
Я не боюсь за свою безопасность, но опасаюсь за рассудок.
На его мужественном лице пляшут тени. Я замечаю, как его язык скользит по нижней губе. Длинные пальцы пробегают по мокрым волосам. Затем он произносит таким хриплым голосом, что по моему позвоночнику проносится горячая дрожь:
– Ты должна уйти.
Сердце оглушительно ухает в горле. Так и слышу это бесконечное «тук-тук».
– А если не уйду? – словно со стороны слышу свой голос, придыхание в котором не может укрыться от нас обоих.
Он придвигается ближе. Медленно. Нарочито. До тех пор, пока всем телом не прижимает меня к кафельной стене.
– Не уйдешь? Тогда я, наверное, тебя поцелую, – резко произносит он.
У меня так пересохло во рту, что ответить не получается. Я сглатываю раз, другой. Бесполезно. Нечего глотать. Во рту сухо, как в пустыне. Мое сердце бьется еще быстрее. Клянусь, оно может отказать в любую секунду.
Он опускает голову и произносит низким и вкрадчивым голосом, который рокочет у меня в ушах:
– Что скажешь, Саммер? Хочешь, чтобы я тебя поцеловал?
Это самый сексуальный вопрос, который я когда-либо слышала, заданный самым сексуальным парнем, которого я когда-либо встречала. Усилием воли поднимаю голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Слишком темно, чтобы разглядеть выражение его лица, но мне этого и не нужно. Я точно знаю, что он сейчас чувствует, потому что сама испытываю то же.
Горячая, неконтролируемая страсть.
– Да или нет, – шепчет он.
– Да, – возвращается ко мне голос.
20
Фитц
Я увлечен этой девушкой.
Следовало настоять, чтобы она покинула раздевалку. Мои товарищи по команде могут появиться в любую секунду – в третьем периоде оставалось не так много времени, когда доктор Алекс силком потащила зашивать рану.
Но, вопреки доводам здравого смысла, я не в силах остановиться. Все вокруг исчезло.