Кстати, ты в своей грандиозной речи говорил о сверхоборотнях, как о живых существах. Ты всерьез думаешь, что они — живые космические левиафаны? А как же серые люди?
Пинегин вздохнул, поглядел на часы.
— Это объяснить легко — симбиоз. Ты будешь у Габриэля первым, обрадуй его, у него родился сын. Назвали Святославом.
— Так звали Сташевского. — Диего погрустнел. — А вот Анна не хочет детей. Пока ты пограничник, говорит, я не могу быть спокойна и не хочу растить сына без отца.
— С одной стороны она права.
— Права, конечно. — Диего пожал протянутую руку. — Зайди как-нибудь, попробуй переубедить. Ну, до связи? Надеюсь, следующая наша встреча уже не будет связана с проблемой сверхоборотня?
Часть вторая
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ
Диего
Полигон
Диего стоял перед синеватым остекленелым куполом и смотрел на свою раскоряченную тень. В полупрозрачной глубине расплавленного песка светились серебристые на свету петли, узлы, жилы, и пограничник представил себе ажурные металлические стрелы опор, возносившие на километровую высоту решетки силовых отражателей.
Диего поежился и перевел скафандр на охлаждение. «Марс, — подумал он, — горная страна Эллада… Идеальный полигон для „громких“ экспериментов. А если бы сверхоборотня вздумали изучать на базах Луны? Или вообще на Земле?»
— Обхожу активную зону, — негромко сказал он, хотя мог бы и не говорить — за ним наблюдали.
«Двенадцать человек обслуживающего персонала!.. Двое ученых с мировыми именами!.. Кто из них ожидал подобного конца?! Понадеялись на силу… Какой жестокий урок человеческой самонадеянности! Взрыв, и — ни оборотня, ни полигона! Впрочем, может, он выжил в этой свистопляске? Сохранился же купол энергостанции…»
Сквозь шелест помех в наушниках пробился голос Торанца:
— Следи за энергоотводом.
"— Понял хорошо, — равнодушно ответил Диего.