Это был президент ассоциации, профессор белой и черной магии, доктор «парапсихологии и гипнологии», обладатель золотого диплома всепланетного конкурса магов, Теодор Джонатан Голд Станли-пятый.
— Но мы получили разрешение вашего Управления на беспрепятственный спейсерный поход вдоль всей трассы Большого Выстрела и на посещение всех интересующих нас объектов. — Голос у Станли-пятого был глубокий, бархатистый, внушающий уважение.
— Как оператор «Шторма» я отменяю решение руководства Управления в связи с обстоятельствами.
Ли Сяован искоса посмотрел на профессора, улыбнулся.
— Решительный молодой человек, не правда ли? Рад познакомиться с вами, оператор. Наслышан о ваших подвигах. Такла-Макан? — Командир «Хуанхэ» говорил на интерлекте, не владея, очевидно, русским.
— Извините, это к делу не относится, — сухо отрезал Ратибор. — Прошу подготовить галеон и не задерживать работу обслуживающего зону персонала. Вопросы ко мне есть? Нет? Желаю приятных впечатлений.
Виом свернулся в облачко и угас. Ратибор задумчиво прошелся вдоль ряда кресел напротив главного виома, показывающего панораму двух строек: земной и чужанской. Если земная напоминала картину сражения — с пулеметами на переднем крае, отбивающими «атаку неприятеля» — «пулеметами» были двадцать шесть станций приема грузов, из которых непрерывными очередями вылетали светящиеся «пули» — модули стыковочных узлов, пакеты стандартных элементов сборки и блоки ферм, то чужане «ткали» свой таинственный квадрат, как пауки.
— Похоже, их ковер будет примерно тех же размеров, что и наш Т-конус, — проговорил Демин. — Знаешь, у меня ощущение, что я уже где-то видел подобный узор. Эффект ложной памяти?"
"— Тогда мы оба отличаемся ложной памятью.
— Ты прав, — сказал Демин через минуту. — Я менее наблюдателен, чем ты. Может быть, у тебя есть и объяснение этому сходству?
— Ковер чужан — это антенна, иного объяснения быть не может, математики сразу сообразили, что к чему.