Мне лично хотелось бы получить подшивку «Вестника Ондории» за прошлый год, для подготовки доклада о политической обстановке Гаэса, — ляпнула я и вдруг поняла, что мне действительно необходимы издания других стран Ландоры. Ведь именно там я могла увидеть того самого аристократа из храма, которого выдавал акцент. В том, что жрец принадлежит высшему сословию, не сомневалась. — Возможно потом мне понадобятся и другие подшивки, ведь только библиотека Тесшира располагает столь редким и ценным материалом. И, мэтр, я очень надеюсь на вашу помощь.
Кажется, Извур заглотил наживку, и мой ответ ему пришелся по вкусу. Он посмотрел на Дирка и спросил с издевкой:
— Тебе тоже нужна моя помощь?
— Обойдусь, — хмуро буркнул Тайри и прошел в зал.
— Вы бы тоже шли, мэтресса, — попросили меня. — А подшивочку я сам вам доставлю.
— О, благодарю вас, добрый мэтр, — улыбнулась я и поспешила за Дирком.
Тайри уже успел положить на стол несколько увесистых томов с трудами магов древности. Возможно, в них и было нечто полезное, но сейчас они служили ширмой, скрывающей нас от библиотекаря.
«Вестник Ондории» опустился передо мной спустя несколько минут.
— Публикация востребована, у вас пара часов, мэтресса, — предупредил Извур, с превосходством глянул на Дирка и ушел.
Я же, чтобы не терять времени достала рисунок третьего артефакта.
— Видел что-то похожее?
Тайри задумался, а потом пошел к стеллажам. Вернулся он с огромным фолиантом «Древнее наследие Гаэса. Артефакты. Ритуалы. Заклинания».
— Перстень древний, а здесь почти все есть.
Я же согласилась и стала листать газеты. Не знаю, как Гаэс добывал вражескую прессу, ибо от одних заголовков статей становилось не по себе. Оказывается, Ондория освобождала мир от насильственной магической тирании. Разумеется, ни слова о темном боге, лишь призывы к военному бунту. Причем, настолько умелые и политически оформленные, что даже я, будучи магом, прониклась.
Кроме открытого разжигания военного конфликта, «Вестник» оказался обычной газетой, где освещались и все новости от балов до распродаж лошадиных хомутов и некрологов.
И вдруг я увидела его. Да, сомнений быть не могло — с фотографии на меня смотрел ЖРЕЦ проклятого бога, тот самый, кто называл Клариссу «змейкой». Хотя, по сравнению с его ядом и коварством, она действительно была «змейкой». Вернее, «змеенышем», которому еще расти и расти до своего учителя.