А Майя смеялась и отвечала, что в Ла Скала ходят не пить, а слушать и смотреть.
На них оглядывались. Может быть, из-за русской речи. А может, потому, что это была очень красивая пара.
На Милан легло темное ночное одеяло, когда они вышли из театра. Их ждала галерея Виктора Эммануила II. И столик в ресторане.
– Что будешь?
– Вино.
* * *Она без раздумий сказала: «Вино».
Илья улыбнулся – вспомнил вчерашний вечер и поездку в маленький магазин под Бергамо, владельцем которого был один из лучших специалистов по винам в Италии.
Илья, являвшийся большим поклонником хороших вин, очень хотел открыть перед Майей этот мир изысканных вкусов, но… не получалось. В гораздо больший восторг его жена приходила от рюмочки ликера лимончелло, что подавали после еды, и вот вчера… Может быть, сказалось место – дом стоял на реке, и с маленького балкона открывался изумительный, почти венецианский вид, может быть – гостеприимство хозяина, а может, итальянец просто угадал с вином, когда не задумываясь взял с полки бутылку, открыл ее и наполнил на треть два огромных бокала на тонких ножках, а затем приглашающим жестом предложил продегустировать.
– Зачем? – спросила тихо.
– Так вино насыщается кислородом. Попробуй."
"Она начала аккуратно, как старательная ученица, повторять увиденные движения. А потом они пили вино на балконе, любуясь ранним вечером и чувствуя запах свежей весенней зелени и реки, вели неторопливый разговор с владельцем магазина, и после Майя шепнула, что такое вино нужно обязательно купить.
В Милан они вернулись с пятью разными бутылками. И вот теперь Май решила продолжить дегустацию в ресторане.
– Какое хочешь? – поинтересовался Илья.
– То, которое нравится тебе.
Выбор пал на красное. Конечно же, сухое. Других здесь не держали. Оба были голодны, поэтому заказали горячие блюда. Пока ждали приготовления, официант принес бутылку, бокалы и сырную тарелку, украшенную орехами и виноградом.
Май внимательно наблюдала, как официант налил вино сначала в дегустационный бокал и лишь после пробы и утвердительного кивка головой Ильи наполнил два остальных.
Она начала насыщать свое вино кислородом, только когда они остались вдвоем, а потом подняла бокал и сказала:
– Спасибо. Опера была совершенно волшебной.
Илья тоже поднял бокал. Стекло, соприкоснувшись, зазвенело. Он сделал глоток. Она сделала то же самое.