– Нам нужно возвращаться.
– Ты уверен?
– Да. – Я встаю и направляюсь в сторону дома. Ангелина идет в ногу со мной несколько метров, но затем замедляет шаг. Я останавливаюсь, чтобы подождать ее, и когда она догоняет меня, то тяжело дышит, поэтому я смыкаю руки вокруг ее талии и поднимаю ее.
– В этом нет необходимости, – говорит она, но не делает попытки высвободиться. Я игнорирую ее слова, свистом подзываю Мими и направляюсь вниз по тропинке.
– Скажи, ты со всеми своими заложниками обращаешься так? – спрашивает она мгновение спустя.
– Ношу ли я их на руках, когда они устают?
– Ага, – кивает она.
– Ты у меня первая. Я еще учусь. – Я смотрю на нее сверху вниз. – Но ты, кажется, профессионал в том, что касается заложников.
Ее брови взлетают вверх.
– Почему?
– Я видел, как ты вчера после обеда тайком пронесла нож для стейка в спальню, – говорю я и чувствую, как она напрягается в моих объятиях. – А еще я нашел тесак, который ты хранишь под матрасом. Альберт очень скрупулезен, когда дело касается его любимых кухонных приспособлений.
– Как… – Она пристально смотрит на меня. – Почему…
– Почему я их не забрал? – Я улыбаюсь. – С чего бы мне это делать? Ты все еще ничего с ними не предприняла. И я думаю, это мило.
– То, что я держу нож для разделки мяса под матрасом… мило?
– Очень.
– Ты странный.
– Это не я тут храню кухонные принадлежности в постели.
– Это оружие!
Я представляю, как Ангелина пытается напасть на кого-нибудь с этой штукой, и стараюсь подавить смех, но безуспешно. Вероятно, ей пришлось бы использовать обе руки, чтобы поднять это «оружие». Очевидно, я обидел ее, потому что она вздергивает подбородок и фыркает на меня.
Мне нравится ощущать Ангелину в объятиях. Когда она так близко ко мне, то в безопасности – никто не сможет причинить ей вред. Когда она расскажет мне, кто причинил ей боль, а она в конце концов расскажет, я с удовольствием убью их.
– О чем ты думаешь? – спрашивает Ангелина.
– Ничего особенного. А что?
– Потому что у тебя на лице самодовольная улыбка.