К самолёту подъезжали военные грузовики, а вот машины Зорана уже были на месте. Они стояли рядом с люком. Два чёрных немного несуразных «Рендж Ровера». Ящик закинули в один из них, а Зоран уселся в другую машину и позвал меня с собой.
— У меня здесь дом, — сообщил он. — Не в городе, а так… э-э-э… в горах.
Дорога оказалась не менее живописной, чем в Киргизии. Пробитая между скалами, она петляла между тёмных монолитов. Попадались дома. Хорошие, зажиточные. Социализм с максимально человеческим лицом. Правда лет через двадцать его разобьют, раздербанят страну, а позже и Косово отберут.
Справа от дороги появилась небольшая низина с практически плоским рельефом. По ней были разбросаны дома на довольно большом расстоянии друг от друга.
— Вон за тем дальним домом, отсюда не видно, мой дом, — показал Зоран. — Я тут не живу. Иногда… как это… идем там… приехаю, да?
— Приезжаю.
— Да, — улыбнулся он.
Машины съехали на просёлочную дорогу, проехали метров пятьсот, оказавшись в небольшой оливковой роще, выскочили из неё и… встали.
Эпическая сила…"
"Сверху загромыхало и мелькнула тень вертолёта. Он начал кружить над нами, а со стороны ментов к нам кинулись спецназовцы. Зоран заметался, обернулся назад, влево, вправо. Выругался. Кино и немцы… Народу-то, народу-то нагнали.
— Изади! — крикнул старший из них, направив на меня ствол пистолета. — Излази наполье!
— Требует выйти, — нервно воскликнул Зоран, впрочем, я это поняли и без перевода.
Их было слишком много, чтобы можно было начинать схватку. Я засунул руку под куртку и ощутил тепло рукоятки пистолета.
— Изаде, Русе! — крикнул спецназовец. — Изаде из аута!
23. Кораблем и самолетом
Спецназовец дёрнул дверь машины, но она была заблокирована.
Я открыл замок и пнул дверь. Хрен ли стекло бить? Машина же не виновата. От удара дверью чувак рассвирепел, но я показал пустые ладони поднятых рук. Он на мгновенье стушевался, тут бы мне рубануть ему по рогам, да только какой смысл? Дохрена их было.