Нашёлся таки лейтенант… В очень интересном месте… Вот только на хрена курсанта милиции в больницу отправил?
— Отец этого практиканта работает в Москве, в тыловой службе министерства. Тоже полковник. И за практику, я не буду скромничать, в легендарном питерском РУОПе, любящий папа обеспечил нас компьютерами. Пять штук. — В телефоне раздался тяжёлый вздох. — А сынок не в папу пошёл. Не наш человек… Мажор какой-то, а не мент. И я теперь голову ломаю — как сообщить тыловику о его резко заболевшем сыне?
— Товарищ полковник Онегин, не надо долго думать, отдельным приказом по службе вырази поощрение курсанту за бдительность при охране особо опасных преступников и выпиши ему почётную грамоту.
— А ты голова, уголовный розыск!
— На том и стоим, легендарный РУОП, — рассмеялся Борцов. — Ладно, Олег. У меня просьба — дай мой номер уральскому следователю. Пусть наберёт сегодня, пообщаемся по поводу этого прапорщика.
— Зариф — мужик нормальный. Оперативную обстановку в стране понимает правильно. Мы вчера с его операми хорошенько посидели. Толковые парни. Сегодня вместе со следователем подтянутся к 12.00. У них ещё один клиент намечается из этой же банды. Максим, там всё серьёзно. Этому прапору собираются вменить 77 и 102. Ну, и 218 — до кучи.
— Жду звонка. От меня привет супруге, — ответил полковник, положил трубку и задумался… Кто же ты такой, лейтенант милиции Кантемиров?"
"В это время старший следователь городской прокуратуры, советник юстиции Князев сидел в своём кабинете и терпеливо ждал звонка от Борцова.
Раздался звонок, следователь схватил трубку и услышал совсем непредвиденный бас:
— Доброе утро, Алексей Павлович.
— Сергей Петрович? — От неожиданности сотрудник городской прокуратуры даже не ответил на приветствие своего бывшего наставника, с которым когда-то начинал следовательскую карьеру в прокуратуре Калининского района. Советник юстиции Романенко так и остался в районе, но перед выходом на пенсию перешёл на более спокойную должность — помощник прокурора по надзору за условиями содержания заключённых.