— Тимур, про пистолеты? — профессионально потребовал старший следователь прокуратуры.
— Семь штук в одной сумке. В основном наши — ПМ и ТТ. Ещё два бразильских револьвера. Красивые… Впервые в жизни видел. — Кантемиров посмотрел в лицо следователя. — Я всем показал сборку-разборку ПМ на скорость. Точно помню, что вытер платком все рукоятки пистолетов. В этот день Мара очень звал меня в свою бригаду. А я обещал подумать…
Князев тяжело вздохнул.
— Ладно, Тимур. Думаю, не надо спрашивать — почему ты не сообщил коллегам о незаконной скупке оружия.
— Алексей Павлович, мы все с детства знаем, что закладывать своих — крайне нехорошо. Западло. Говорю же — выросли вместе.
— Хорошо. Дальше."
"— Перед Новым годом жена решила съездить с сыном на Урал к тёще. Мы с Леной выросли в одном посёлке, наши пятиэтажки напротив стоят. И мы всегда сообщаем землякам о поездках в родные места — передаём близким различные подарки. Я позвонил Блинкову, он привёз на Московский вокзал пакет для родителей и небольшой заклеенный свёрток.
— Откуда про гранаты узнал? — откинулся на стуле Князев.
— От челябинского следователя, — ответил Кантемиров и через стол приблизился к собеседнику. — Я уральским сотрудникам условие поставил — они мне показывают явку с повинной, а я не требую адвоката и отдельную камеру, как бывший сотрудник ВПЧ-23 МВД СССР.
— Сам придумал про МВД? — усмехнулся Князев.
— Почему сам? У вас моя трудовая, почитайте внимательно. Байкеев, это старший следователь челябинской областной прокуратуры, верхушку текста свернул и продемонстрировал мне показания местного стукача. Аккуратно и грамотно всё написал, гадёныш. Поймать бы его на посёлке…
— Подожди, Тимур. Получается, что кроме этой явки с повинной у челябинских сотрудников на тебя ничего нет?
— Финку изъяли, — вздохнул законопослушный гражданин Кантемиров.