"
"Переодевшись в одеяло, Шен отдал хлопотливым тетушкам высушить свою одежду на печи, а сам устроился греться рядом с квадратной жаровней с насыпанными в ее центр раскаленными углями. Муан последовал его примеру, разве что у него оказался сменный комплект одежды, Ал же укутался в другое одеяло.
Грея руки над жаровней, Шен произнес:
- Надо как-то избавиться от соглядатаев.
- Мы остаемся в деревне? – вздохнул Муан.
- Нам придется. Как только дождь поутихнет, нужно будет незаметно выскользнуть отсюда и попытаться все-таки отыскать человека, пославшего запрос в наш орден.
- Не похоже, что он жаждет встречи, - заметил Муан. – Вести о том, что в деревню прибыли заклинатели, должны были уже облететь всех местных. Однако никто не выказал желания поговорить с нами.
- Возможно, у них просто не было удобного случая.
Сегодня заклинатели снова ужинали со старостой и его семьей. Госпожа И разлила вино, но после первой пиалы никто не спешил к нему возвращаться.
- Мори сказала, что вы осмотрели почти всю деревню.
- Только южную ее часть, - возразил Шен. – Молодая госпожа также поведала нам о заброшенном монастыре на горе. Расскажете подробнее? Как долго он уже заброшен?
Рука госпожи И слегка дрогнула, когда она тянулась за кувшином вина, чтобы наполнить пиалу мужа.
- О, вас заинтересовала эта древняя история? – усмехнулся тот. – От этого места уже давно ничего не осталось. Помню, дед рассказывал, что монахи покинули его в период неурожайного года, когда было мало шансов пережить зиму.
- Жаль, что нам не удалось туда прогуляться.
- Уверяю вас, там нечего смотреть.
- Мне нравятся живописные старые места.
- В таком случае, вы должны были оценить нашу деревню, да? – усмехнулся староста.
- Конечно. Места у вас невероятно живописные, вот только народу почему-то кажется маловато.
Староста горестно вздохнул.
- Деревня переживает свой упадок, это так. Я не уверен, сможет ли она уже возродиться.
- Я слышал странное поверье. О том, что люди с белыми волосами у вас не в чести.
Староста чуть изменился в лице, когда это услышал. Взгляд его застыл, а щека дернулась от отвращения.
- Эти суеверия – пережиток прошлого. Только местный дурачок продолжает в них верить.