Этот взгляд…
Мне не нравится, какую власть надо мной имеет эта девушка. Ни капли.
Я поднимаю ее на руки, чтобы отнести в ванную комнату. Поразительно, но она даже не сопротивляется, хотя знает, что я могу бросить ее на любую поверхность, чтобы продолжить то, что мы начали.
Неохотно я отпускаю ее и включаю воду. Горячие струи сразу же превращают холодный воздух вокруг в теплый. Когда я поворачиваюсь к Эль, она обнимает себя руками, между ее тонкими бровями появляется складка, и я жду, когда она снова применит на мне свои чары.
– Могу я остаться одна?
– Нет.
Эль раздраженно вздыхает.
– Мне некомфортно делать это при тебе.
– Ты привыкнешь.
Пар поднимается, заполняя пространство, и в нем смешиваются легкие ароматы персикового геля для душа, который я выдавливаю на свою ладонь, а затем беру Эль за запястье и направляю на нее поток.
– Мне нельзя мочить слуховой аппарат.
– Я знаю.
Я знаю, потому что прочитал больше тысячи статей о тугоухости и консультировался с врачом.
Вода стекает по ее бледной коже, унося в слив мою сперму и остатки ее девственной крови. Я закрываю глаза и позволяю горячему потоку смыть напряжение и мое желание наброситься на нее так, как мне хочется на самом деле.
– Аарон.
Я беру гель для душа и провожу по ее шее, чувствуя быстрый пульс. Мы оба на взводе: я, потому что опьянен ей, а она хрен знает из-за чего. Я выше ее, больше ее, и она ощущается такой крошечной и слабой, что у меня сводит живот от желания затрахать ее до смерти.
– Что?
Она смотрит на меня своим серьезным взглядом.
– То, что произошло…
Я беру ее подбородок, заставляя ее смотреть мне в глаза. Я вижу, как она мысленно сопротивляется, взвешивает, вижу, что она на грани того, чтобы сломаться.
– Что же между нами произошло, Элеонор?
Ее взгляд становится решительнее, хотя подбородок дрожит.
– На самом деле, ничего. Ничего. Ты использовал меня однажды, и можешь считать, что вчера настала моя очередь.
Когда она делает шаг назад, я хватаю ее за запястье, снова приближая к себе, пока она не замечает, как близко ко мне подбирается гребаный ад.
– Ошибку."
"– Я нужна тебе, потому что я трудный вызов, верно? Или, может быть, тебе просто нравятся сломанные вещи. Знаешь, что самое отвратительное? То, что я пытаюсь оправдать тебя.