Дернул головой, ощущая, как от кончиков коротких волос в разные стороны разлетаются капли пота, словно это вода. Почувствовал, наконец, металлический вкус крови во рту… Соперник лежал на полу, весь красный… Ужас… Что это было… Как я умудрился так ушатать его? Почему ничего не чувствовал все это время? Зал бесновался. Им-то как раз такое зрелище и было нужно. Кровище, тестостерон, дикость- толпа готова была платить любые деньги, чтобы смотреть как раз на такое… Отец крепко сжимал челюсть, стоя в компании Давы и нашего дока.
Ведущий все еще орал какие-то зазывные трели для толпы, на меня уже наперли пояс победителя, вот только ни ее, ни Барина я больше не видел.
Вышел из клетки, обнялся со своей командой. Ожидаемое «Разберем после» от отца, веселые подмигивания Давида, ответственного за «культурную программу» после, как это обычно бывает, когда от нескольких недель жесткой подготовки на суровой диете, сгонке жира и половом воздержании хочется превратиться в ночь после боя в дикое, похотливое животное, погрузившееся во всю гамму пороков.
–Иди, отдыхай, Алан,– говорит папа,– я в отель, перенервничал.
Мы прощаемся, удаляюсь с ребятами в свою зону, а там уже все, как надо- выпивка, мини-фуршет с икрой, динамичная музыка, красотки в откровенных нарядах, облизывающие меня зазывными взглядами… При любом другом раскладе я бы трахнул сразу двоих или троих. Просто позвал бы в постель всех вместе- и они бы пошли, я знаю… Но…
Поворачиваю голову- и снова с гулом выдыхаю.
–Молодец, Алан, красава, далеко пойдешь. Хороший бой…-говорит искренне.
–Спасибо, учусь у легенд… Все бои ваши пересмотрел. Круто!
Барин смущается, но ему явно нравится моя лесть. Хотя правда, дерется он отменно, не как гомик, хоть и…
–Да хорош, загонять..