Зато реакцию Сарса различила – на лице помощника вспыхнула широкая, несколько злорадная улыбка.
Так, погодите. Неужели речь о…
– Не думаю, что леди Пиниция оценит, – подтверждая мою догадку, пробасил Сарс. А я, невзирая на все то же расстояние, реплику опять-таки уловила. – Вы же знаете, как она к провинции относится.
– Ну пусть попробует… – отрываясь от ковыряния в каких-то бумагах, сказал король. И уже с толикой угрозы: – Пусть попробует не оценить подарок своего владыки!
Смысл следующего распоряжения оказался не менее занятным:
– Кстати, Бирис, и сопроводительное письмо от моего имени составь.
– Простуды? – удивился Бирис. – Мне помнится, леди Пиниция никогда не болела.
– А мне помнится иначе, – с нажимом сказал король.
Вот теперь я таки увидела – тощий тоже сияет. Добавить сюда слова Ринара о том, что он «регулярно мечтает» отправить Пиницию в Жоп-рэ, и ситуация становится совершенно прозрачной.
Да, Пиниция распространялась о намерениях Ринара и лезла к нему, несмотря на посланный высшими силами «дар». Но лично мне, если вдуматься, ничего дурного не сделала. Я же, наоборот, поступила непорядочно.
Хочу ли жить с таким грузом? Пожалуй, нет.
– Ринар, – окликнула я. А когда король повернул голову и одарил хмурым взглядом, продолжила: – Не надо. В конце концов намерений относительно меня ты не скрывал, и сведения могли просочиться любым путем.
В голубых глазах вспыхнуло нечто очень похожее на подозрение, однако никаких провокационных вопросов не прозвучало. Вместо этого монарх сказал:
– Дело не в сведениях. Дело вот в этом. – Он подхватил со стола какую-то бумагу и красноречиво данной бумагой тряхнул.
– Каких персон? – не постеснялась уточнить я.
А в ответ услышала слегка язвительное:
– Угадай.
Черт.