Снова взглянул на меня, но шока уже не прятал.
– А что такое «пирсинг»? – после долгой паузы поинтересовался он.
– Проколы. – Я указала на собственные проколотые, но на данный момент лишенные сережек уши и добавила: – В нашем мире их делают в самых разных местах.
Ринарион сильно скривился, как бы намекая на то, что пункт о «благожелательном выражении лица» неосуществим. И хотя реакция монарха ужасно забавляла, и я была готова смотреть вечно…
– Твой список, – требовательно протягивая руку, напомнила я.
– Угу. Как же! – неожиданно огрызнулся король.
Я искренне изумилась, а Ринар…
– Да я нежный юнец в сравнении с тобой! – заявил величество возмущенно. И я не сразу поняла, что речь о содержимом списков. В том смысле, что список оппонента явно проигрывает моему.
В этот раз сдержать улыбку не получилось, и я уже открыла рот, чтобы вновь потребовать документ, но…
– Свет, а давай по-хорошему? – Голос Ринара прозвучал неожиданно серьезно. А еще в нем толика усталости мелькнула.
Именно она, усталость, подсказала, что правитель Накаса действительно не шутит. Он в самом деле готов решать вопрос по-человечески. Учитывая, что для меня тема контракта изначально была фарсовой и желания торговаться вообще не имелось, я тоже посерьезнела и ответила, тщательно скрывая облегчение:
– Давай.
Ринарион улыбнулся и, вновь отставив бокал, аккуратно свернул список. Неспешно убрал бумагу во внутренний карман и подарил мне очень пристальный взгляд. Потом улыбнулся, нагло поманил пальцем и не менее нагло хлопнул себя по колену.
Я ощутила прилив счастья, настолько огромного, что хватило бы на все существующие миры! Улыбнулась в ответ, плавно поднялась из кресла и направилась к Ринару. Проходя мимо столика, избавилась от бокала, чтобы через миг присесть на королевское колено и обвить шею его величества руками.
– Так-то лучше, – с наигранным неудовольствием пробурчал Ринар.
Невероятно, но в этот раз он посмотрел сначала в глаза и только потом на декольте.
– Значит, все должно быть плавно и медленно? – не спросил, а прямо-таки промурлыкал Ринар.
– Очень плавно, очень медленно, – вторя мужскому желанию, прошептала я. И наклонилась, чтобы коснуться таких манящих, таких притягательных губ.