Так и до психоза недалеко."
"Вода немного придает сил, я встаю и иду в комнату, к Севе, до сих пор, безотчетно, пытаясь найти у него защиту и спокойствие.
– Сева… – сажусь рядом с ним, на кровать, глажу по груди, щекам. Чувствую, как глазам становится больно и горячо. Слезы опять. – Сева… Посмотри на меня… Пожалуйста…
Муж неотрывно, не моргая даже, глядит в экран, на мелькающие цветные картинки. И мне становится больно в груди. Так больно, что не могу сдержать себя, цепляюсь за его майку, трясу, сглатывая слезы:
– Сева! Сева! Ну очнись! Мне плохо, Сева! Мне так плохо!
Но Сева лишь чуть-чуть вытягивает шею в сторону, потому что я перекрываю ему экран.
Он не слышит ничего, не замечает моих слез, моего отчаяния.
И я перестаю плакать, вытираю слезы, смотрю в его пустое лицо. Где-то там, за этой пустотой, мой любимый.
Я верю, что он там есть, и просто никак не может пробиться ко мне.
И очень надеюсь, что, когда у него получится, я сама еще буду в состоянии нормально воспринимать реальность. Что выживу в этом ожидании.
Внезапный грохот из прихожей выводит из ступора.
Поднимаюсь, иду на звук.
Пару секунд изучаю отлетевшую доску карниза. Ту самую, что вчера приколачивал участковый.
Надо же.
Так ненадежно.
А казалось прибитым на совесть…
9
Новый год наступает неожиданно. Вроде бы вот только-только начало зимы было, снег лишь ложился, а глазом моргнуть не успела – и уже последний день работы.
От традиционного предновогоднего застолья с коллегами отказываюсь, да никто и не настаивает, зная мою ситуацию.
А знают обо мне все, конечно же. Деньги собирали, помощь от коллектива…
Сочувствующие взгляды – давно уже моя реальность. Новая, такая жуткая, словно затянувшийся кошмар, из которого никак не получается вынырнуть, реальность.
И терпеть их еще и вне рабочего времени сил никаких нет.
Потому спешу домой, придумывая, что бы такого приготовить к новогоднему столу.