— Там все равно большая часть за Серебрякову проголосует, она ведь у нас типа самая красивая девчонка в «Китеже»… По крайней мере, я найду для Насти аргумент. Пусть считает, что проиграла из-за того, что у нас не получилось с танцем.
— Ну насчет победы Серебряковой я бы не был так уверен, — подмигнул я ему. — У меня кое-какой должок перед ней, а я не люблю быть кому-нибудь должен.
Лешка открыл было рот, чтобы что-то сказать, но передумал. Немного полежал, глядя в темноту за окном, и спросил:
— Говорят ты в последнем бою управился за несколько минут?
— Угу, было дело, — кивнул я.
— А чего сидишь тогда с кислым лицом? Вышел в финальную четверку, круто же! Радоваться надо! Поздравляю тебя, дружище!
— Так я и радуюсь, — ответил я. — Вот только плохо, что мне Шуйский сегодня не попался. Очень я хотел с ним на ринге оказаться.
— Ну он же все равно вылетел, — пожал плечами Лешка. — Какая разница, кто его выбил — ты или Рахманинов?
— Большая! — сказал я.
— Ерунда… Успеешь еще… — сказал Нарышкин и скривился. — Блин, Веригин мне какую-то мазюку наложил, огнем жжет!
— Хорошая, наверное. У вас же как, у целителей? Если процедура болючая, значит очень полезная. Притом чем больней, тем лучше… Сам знаешь, что мне тебе объяснять?
— Ну ты даешь, Макс! — рассмеялся княжич и попробовал усесться на кровати. — А вообще да, что-то такое есть… Ты что насчет завтрашнего дня думаешь?
— А что тут думать? — пожал я плечами.
— Сам-то ты кого хочешь?
— Для начала Вильсона! Должно же мне все-таки повезти?!
Глава 27
Школа магии «Китеж».
Комната княжны Серебряковой.
Алена открыла глаза, потянулась и сладко зевнула. Часы показывали половину седьмого утра. Отличное время для того, чтобы успеть привести себя в порядок и выйти к завтраку в полной боевой готовности.
Настроение у нее было пока не самым лучшим.
Вот же урод! Правду говорят, что у него черти в роду водились. Даже корень осоки на него не действует. Или он вообще не ел эти конфеты? Вряд ли.