Большой одноэтажный дом, стоящий недалеко от президентского дворца, был изрядно разбит, и сейчас в его развалинах обосновался форт-пост солдат Исламского общества Афганистана. Этот пост группа Чечетова и взяла под наблюдение, сегодня они решили брать «языка». Ближе к полуночи диверсанты обосновались невдалеке от укрепленного пункта моджахедов. За полуразваленными стенами полыхал яркий свет костра, оттуда доносились громкие голоса. Владимир Чечетов в бинокль пробовал разглядеть хоть что-то, но отсюда он мог видеть лишь огненные всполохи.
— Ну что там? — спросил майор, откладывая бинокль.
— Восемь «духов», — ответил Ким, — шесть сидят у костра, пыхтят хашем, один на посту у входа, но он тоже обдуркованный. Еще один внутри с пулеметом следит за дорогой. Этот еще нормальный, видимо, ждет своей очереди.
Чечетов снова поднял бинокль, еще раз осмотрел пустынную улицу, мысленно что-то прикинул, потом заговорил:
— Действовать будем по следующей схеме. Ким снимает часового, я беру пулеметчика, остальных мочит... — сделав секундную паузу, майор выразительно смотрел на Игоря, потом произнес: — Волин.
— Прибор ночного видения могу взять?
— Зачем, у них же костер горит? — удивился Чечетов.
— А я хочу потушить его.
— Твое право, бери.
— Михалыч, ты нас страхуешь.
— Яволь, подстрахерю, — просипел мичман.
— Не понял, — майор удивленно повел бровью.
— Если больше нравится слово «подстрахую», значит, соответственно, — невозмутимо ответил Лебедев."
"Спецназовцы заулыбались. Старый опытный морской волк знал, что перед такой операцией шутка —дело не лишнее.
— Тихо, пошли.
Четверка диверсантов, прижимаясь к стенам домов, двинулась к форт-посту. Из черных глазниц выбитых окон отсвечивали блики костра, громко звучала многоголосая речь обкурившихся афганцев. Возле огромного пролома в стене, который служил моджахедам входом вовнутрь, стоял часовой. Долговязая фигура в халате, перетянутом брезентовым ремнем с двумя магазинными подсумками по бокам. Тюрбан сполз ему на затылок, но часовой этого не замечал.