Волин повернулся, перед ним стоял Скалий с мутными после сна глазами.
— Чего тебе, Вася? т- спросил Игорь, он вроде недавно сам заступил на пост.
— Вас, товарищ капитан, майор Чечетов зовет, — пробормотал Скалий, снимая с плеча автомат.
За время рейда все бойцы группы обросли приличной щетиной (кроме Лебедева и Ковалева, которые брились при каждой возможности) и теперь не сильно отличались от душманов.
— С «языком» уже разобрались? —слезая с подоконника, спросил Волин, и тут же его место прыжком занял спортсмен.
— Уже разобрались.
Игорь начал спускаться вниз. На первом этаже было по-прежнему тихо. Ковалев, Зиновьев и Ким спали у потухшего костра. Прапорщик Зульфибаев и мичман Лебедев дежурили у входа. Садык, скрестив ноги под себя, точил широкий клинок кинжала, а мичман снова чистил автомат. Вокруг него было разложено несколько магазинов и блестящая горка остроконечных патронов.
— Где Чечетов? — спросил капитан.
Лебедев указал стволом автомата на дверной проем в соседнюю комнату.
Майор сидел перед самодельной картой Кабула и задумчиво водил пальцем по ней, что-то бубня себе под нос.
— Ну что, пленный рассказал что-то интересное? — входя, спросил капитан.
— На удивление много поведал нам молодой «дух». Хотя и не по своей воле, — ответил Чечетов, не отрывая взгляда от самодельной карты.
Волин не стал спрашивать о судьбе пленного, он прекрасно знал, как поступают с использованными «языками» диверсионные группы во время глубинного рейда.
— Так что нас ждет дальше? — спросил Волин."
"Наконец что-то решив для себя, Чечетов оторвался от листка бумаги и, посмотрев на Волина, спросил:
— Как капитан, не устал?
— А что, есть возможность пойти в отпуск? — вопросом на вопрос ответил Игорь. Чечетов улыбнулся, ему явно импонировало, что капитан, впервые попав в такую передрягу, держался мужиком. За годы войны майор насмотрелся на разных, видел и «сопливых» героев, и суперменов, на деле оказавшихся кучей дерьма.
— Сегодня ночью нам предстоит еще одна засада, — наконец проговорил майор, потом добавил: — Не чета той, что была прошлой ночью.
— Нам, татарам, все равно, что наступать бежать, что отступать бежать, — ухмыльнулся Волин, а потом уже серьезно спросил: — Будет охота на «жирную дичь»?
— Я бы уточнил. Охотиться будем не на «жирную дичь», а на крупного хищника. Разницу сечешь?
— Секу, — ответил капитан, поглаживая цевье автомата...